Мы вышли из дворцовых дверей на мраморные влажные ступени. Сверху сыпал пудрой мелкий неприятный дождь. Серое небо ложилось тяжелым одеялом на шпили дворцовых башен. На улице царили грязные сумерки, и на парковой аллее уже зажигали фонари.
– Прикрой голову, – велел Кайден.
– Он знает, кто ты, – вымолвила я, покрывая голову широким капюшоном.
Во время выставки на площадь перед дворцом пускали городские наемные экипажи. Мы направились к ожидавшей нас закрытой карете.
– Тебя это беспокоит? – коротко спросил Вудс, поддерживая меня под локоть. – Мы познакомились в прошлом году, когда господин главный артефактор королевской семьи связался с Барнаби ради весьма неоднозначного проекта.
– Он хочет магические ворота и только что нашел отличный повод их получить. Я опасаюсь, что Григ причинит вред моей семье.
– Тогда отдай ему артефакт, – спокойно посоветовал Кайден.
– Ты шутишь?
– Почему нет? Если даже он сможет пробудить ворота, расколоть пространство у него не выйдет, – уверенно заявил он и открыл дверь кареты: – Забирайся.
– Постой, Кайден, – схватила я его за рукав пальто. – Почему ты считаешь, что он не переместится? Он такой же, как я! Двуликий! У него темная руна на полспины.
– На полспины? – изогнул бровь Кайден. – Мне бы хотелось узнать, при каких обстоятельствах ты увидела его голую спину.
– Не при тех, что пришли в голову тебе. Можешь просто ответить? – начала злиться я и повторила: – Почему скольжение ему не подчинится?
– Думал, что ты уже поняла. Ты развела миры и зажгла «Сердце», – напомнил он мне с таким непередаваемым спокойствием, что захотелось его ударить. – Тебе подчиняется пространство, госпожа артефактор.
– Но как же ты?
– А я в тот момент оказался рядом, – то ли съехидничал, то ли сказал серьезно. – Залезай, пока не промокла.
Возница сложил ступеньку, закрыл дверцу, и карета тронулась с места. Из окна я смотрела на проплывающий мимо дворцовый парк, красиво подстриженные деревья, похожие на желтеющие шары, выровненные прямоугольниками кусты. Конские копыта звонко отбивали по брусчатке, шелестели колеса экипажа. Мы минули дворцовые ворота.
– Куда мы едем?
– Лера, ты мне доверяешь? – Кайден внимательно посмотрел на меня.
– Да, – без колебаний ответила я.
– Ты помнишь, я предложил пойти к венчальной чаше?
– Неужели господин наследник собрался к обряднику? – как-то не очень весело подколола я, но он оставался предельно серьезным. – Правда? Сейчас?!
– А чем сегодняшний день хуже любого другого?
И я не нашлась что возразить. В отличие от многих девочек я никогда не мечтала о свадебных платьях, белых лошадях, гостях и прочей чепухе. Получить благословение отца? Подозреваю, что в этот раз он вспомнит, что интеллигентные профессора истории тоже имеют кулаки, и попытается спустить Кайдена с четырех ступенек на крыльце, а в итоге сам себя ранит. Говорить с ним было страшнее, чем поставить перед фактом.
– Ты выбрал храм? – спросила я.
– Да. – Он не сводил с меня пристального взгляда. – Дома.
Светлые духи, что я хотела от абрисца? Чтобы он пошел в теветский храм, устроил ритуальные пляски вокруг Древа Жизни, послал парочку бумажек с желаниями на золотое облако?
– Ты смотришь на меня так, как будто я собираюсь выпрыгнуть из кареты, – подколола я.
– Не исключаю.
– В Тевете есть поговорка: «На переправе коней не меняют».
– В смысле я конь? – в лице Кайдена мелькнуло недоумение, и мне стало смешно.
– Тебе явно пора подтягивать теветский, господин наследник.
Через час мы пересекли городские ворота и направились по широкому торговому тракту на север континента. За окном смеркалось, дождь усиливался. Мимо проплывали фермерские угодья, окружавшие столицу. Остался позади городишко, в котором родилась Матильда. Он был такой мелкий, что до сих пор не переполз через городскую стену, к слову, постоянно подновлявшуюся.
– Долго нам ехать?
– Пару часов, – вымолвил Кайден. – Прыжки все еще не получаются, только параллельное перемещение. Пространство раскалывается очень тяжело. Я нашел монастырь точно рядом с городом. Лучше подъехать поближе, чтобы не терять время.
Похоже, он все продумал еще до появления в Тевете и не сомневался, что я сломаюсь. Потрясающая самоуверенность.
Мы заходили в раскол в безлюдном месте за деревьями, чтобы скрыться от случайных свидетелей, а вышли действительно всего в паре сотен шагов от входа в монастырь, со стороны выглядевший совершенно безлюдным.
– Мы далеко от земель Вудсов? – шепотом спросила я. В неземной тишине, накрывавшей землю, было неловко говорить даже вполголоса.
– На другом континенте.
Голубоватая ночная звезда висела так низко, что казалось, ее можно было достать рукой. Безмолвные окрестности заливал седой свет. В пронзительно-холодном воздухе, характерном для конца сезона листопада, ощущался слабый запах горящих костров. На высоких воротах в том месте, где в Тевете обычно чертили знак света, поблескивал сложный рунический символ.
