Пакет вывалился в приемное устройство, и я лежал еще несколько минут, ожидая, что его кто–нибудь откроет, готовя этому несчастному тяжелую смерть. Никто не хотел быть несчастным, и мне пришлось открываться самому.
В зале, где стоял мой звездолет, царил хаос. Бегали, не обращая внимания на растерянных ученых, вооруженные стражники. Техперсонал Компании тоже был вооружен, и изо всех сил старался добавить часть к общей суматохе.
Мой панцирь лежал под стеклянным колпаком. Лодка не удостоилась такого деликатного отношения. Пришлось разбить витрину, рискуя быть узнанным, чтоб достать броню. Это был тонкий расчет — меня сразу заметили и узнали. В зале повисла такая мертвая тишина, словно вдруг выключили очень громко играющее радио. Эта минута ушла на то, чтобы одеться. И мне стало жаль их. Они чувствовали в руках оружие, они были немного удивлены моим появлением, но не испуганны, даже скорее, уверенны в себе. Они не знали, что мне их жаль.
Моя лодка сразу узнала меня.
— Здравствуй, хозяин. Давно не виделись, — сказала она прямо мне в мозг.
— Ты где таких слов нахваталась? — поинтересовался я, несколько удивленный таким приветствием.
— Ты меня оставил этим людям, и я добросовестно изучала их. Ведь тебе могла понадобиться информация. Правда?
— Да. Ты знала, что они изучают тебя?
— Они? Интересно, какие у них результаты?
— А ты как думаешь?
— Жаль, что я не умею смеяться.
— Я тебя потом научу… Ты знаешь, где другой воин на планете?
— Тот, кто разрушил городок шоферов в степи?
— Он разрушил город баггменов? Ублюдок!
— Я знаю это слово, — обрадовалась лодка. — А еще: недоносок, придурок, педик, гавнюк …
— Кроме меня и него здесь есть еще воины?
— Нет.
— Хорошо! Где он?
— 33.88873113 метра; юго–юго–восток.
— Ты проголодалась?
— Эти … отключили свет.
Я открыл дверцу в покатом борту лодки и вложил туда кусок прихваченного на руднике светита.
— Трасс!? — восхищенно воскликнула лодка. — Ух–ты! Спасибо, хозяин.
— Развлечемся, подружка?
— Вставай, хозяин! С удовольствием.
На капоте лодки плита брони откатилась назад, к хвосту, открывая углубления для моих ног. Моих, и больше ни чьих.
— Ты готов?
— Да.
— Слово!?
— Реутов.
Перед моими глазами загорелась, невидимая другим людям, сетка прицеливания. Словно замороженные двигались внизу люди, словно медлительные сонные мухи летели ко мне пули. Я навел крестик на одного из стражников, захотел панорамный прицел и подумал об их исчезновении. Все, кто попал в полосу, рассыпались в пепел.
— Убери стену!
Я посмотрел на преграду, за которой скрывался Второй. Она исчезла. За стеной стоял вице–президент ДНК.
— Здравствуй, предатель! — сказал он моему мозгу.
— Ты умрешь, — пообещал я вместо приветствия.
— Но ты же не сможешь убить безоружного! — съязвил Второй.
— Где твоя лодка?
— Ее взорвали твои дружки.
— Взорвали?!
— Землянин приказал ей открыться, и она послушалась. У него огромная сила! Твой ученик?
— Нет. Он сам.
— Интересно… Так на чем мы остановились?
— Я убью тебя!
— Я думал, ты уже умер.
— Ты уничтожил Багги–таун?
— Я искал тебя. Да и Городу он мешал. Ты за это хочешь меня убить?
— За это тоже.
— А еще за что?
— За охоту на рабов на рассвете. За голодных детей и горков. За проституток и воров…
— Остановись, а то ты обвинишь меня в том, что ночью здесь холодно — люди мерзнут и днем жарко… Это же люди! Их не исправить! Даже если им дать все, они будут воровать и насиловать только из–за жажды чего–то большего. Или от скуки. Это очень непоседливые зверьки — люди!
— Это твои последние слова, воин.
Воин Тэнно перестал существовать. Мне стало немного грустно. Я хотел остаться один на время, подумать и поэтому приказал лодке самой пробивать путь к комендатуре. Следующим должен был стать комендант.
Прав ли был воин? Да, говорил мозг, он прав. Люди именно такие, как он их описал! Но это же прекрасно! Что станет с миром, если воцарится власть лени и равнодушия?! Люди бы вымерли уже миллион лет назад, уступив место другим животным — более живым.
И тут я услышал рев. Словно водопад вдруг образовался на площади перед лабораторным блоком ДНК. Все пространство было забито машинами и людьми. Я увидел лица Ларри, Спайка, Джо, Энтони, Хокки, Мичи, Пахана, румяные лица охотников и фермеров, раскосые глаза хоккайдцев следили за мной. Темные, белые, желтые, красные лица. Воры, полицейские, проститутки, рыбаки, фермеры… Горожане и нет. Они победили и теперь праздновали победу.
Я опустил лодку у автобуса, на котором стояли мои друзья. Рядом, из кузова грузовика махали руками соратники по побегу с каторги. Перешел на крышу автобуса.
— Значит, я здесь не к чему? — неожиданно для самого себя, спросил я.
— Брось, парень! Это ты расшевелил наше болото! Кто, как не ты собрал нас здесь всех?!.. Знаешь, Иль, что сделал бы я три ночи назад, встретив Спайка у своего дома? Выпустил бы ему в живот магазин пистолета! — воскликнул Пахан, и похлопал рукой по плечу баггмена.
— Мы выбрали тебя президентом, Иль! — крикнул Берт, стараясь перекричать шум толпы.
— Как это?
