"Придется вспоминать вредные советы папы..." - вздохнула Полина, представив лежащую без чувств матовую бабушку. И вспомнила, как после того, как родители разошлись, мама с бабушкой постоянно напоминали ей, что папа говорит одни глупости и гадости и рекомендовали ей почаще закрывать уши. Папа действительно был глупее всех, но с ним было интересно. Только он говорил ей трехлетней: "Как ты думаешь...", "Посоветуй мне...", "Я сказал такую глупость...", мог устроить пикник на крыше сарая и затем предложить перебраться по дощечке на соседский сарай, с которого можно было рвать каштаны... Или затащить в болото на берегу Клязьмы, или на железнодорожные пути... И всегда говорил: "Надо знать, чего стоит бояться, а чего нет. Часто очень страшные, по словам взрослых, вещи оказываются просто очень интересными и волнующими и, наоборот - то, что взрослые настоятельно рекомендуют, оказывается очень вредным"... И относил к вредностям пластыри, капли, веру <Чернов/>виду не веру, как таковую, а Веру, свою бывшую супругу.> и послушание.
Несколько минут Полина вспоминала рассказы отца о своей работе в экспедициях. В конце концов, набралась целая вязанка полезностей:
1. Слабые очень вкусны. Поэтому их все едят.
2. Если можешь обойтись - обходись.
3. В горах и пустынях можно есть всех насекомых, кислячку, эфедру (хвоинки такие), клевер, лук, и вообще, все, что едят бараны.
4. Испугался - погиб.
5. Всех животных перед употреблением надо сварить или до красноты зажарить.
6. Кто знает жизнь - не торопиться.
7. В неясных ситуациях поступай оригинально.
8. Сытый и осторожный не пропадет.
"Этого на первое время вполне хватит, а все остальное вспомнится по мере необходимости", - подумала Полина и решила начать самостоятельную жизнь с проверки истинности 8-го пункта, а именно - первым делом отойти подальше от пещеры и там подкрепится. Перед уходом она подошла к трещине, просунула в нее голову и увидела, что отец продолжает спать, что-то бормоча во сне. Некоторое время она со смешанными чувствами смотрела на родителя, затем, сделавшись вдруг озабоченной, нырнула в трещину, подошла, вытащила у него из нагрудного кармана коробок спичек и, поцеловав в давно небритую щеку, выбралась наружу. Помахав отцу на прощанье ручкой, взяла захныкавшую от голода Лену за руку и осторожно повела ее вниз. Спустившись в ущелье к клокочущему голубому ручью, применила пункт №7 и пошла вверх по нему.
Примерно через километр они увидели гревшуюся на тропе большую узорчатую змею. Полина остолбенела от страха и хотела, было, бежать прочь, но вспомнила, как отец рассказывал, что змея, даже самая ядовитая - самое беззащитное существо: каждый норовит вдарить ей палкой по голове. И скоро на земле их вообще не останется. И еще как в Китае их фаршируют - не кормят неделю, затем ставят на сильный огонь котел с рисом или какой другой начинкой и запускают туда голодную змею. Сказал, что очень вкусно получается - сам пробовал.
И Полина, посадив Леночку под большим камнем, пошла искать палку. Первый удар, конечно, прошел мимо, и даже не мимо, а с очень большим "недолетом". Змея (это был взрослый упитанный щитомордник) попыталась скрыться в ближайших каменных развалах, но второй удар переломил ей позвоночник, а третий - размозжил голову. Оставив жертву на тропе, все еще дрожащая от волнения Полина сходила за Леной; вернулась с ней к змее, хотела взять последнюю за хвост, но не смогла - стало противно и страшно. А Лена, наоборот, обрадовалась и со словами "Зея, Зея!" схватила гадину за хвост и протянула ее Полине.
- Схватила, вот ты и тащи! - нашлась охотница и, взяв сводную сестру за руку, повела по тропе, стараясь не оставлять следов.
Метров через триста пути, в стороне от дороги, они увидели сухое дерево. Наломав дров и натаскав их в один из распадков, Полина разожгла костер с первой же спички (отец учил) и ушла с Леной в укромное место дожидаться, пока он прогорит. "Увидит дядя Худосоков костер, прибежит нас схватить, а мы совсем в другом месте" - думала она, наблюдая за костром из-под кустов барбариса.
Когда костер прогорел, Полина закопала змею в углях и побежала в убежище. Лены в нем не было. "Спокойно, девочка, спокойно, - сказала она себе, озираясь по сторонам. - Тебя здесь не было минуток пять, далеко она уйти не могла".
И побежала в сторону, в которую Лена вероятнее всего ушла. Скоро беглянка была найдена - он сидела на небольшом картофельном поле и собирала маленькие, с орех, картофелины в карман куртки. Полина постояла на краю поля, успокаиваясь, затем уселась рядом с сестрой и посетовала:
- Теперь они узнают, что мы здесь...
Лена ничего не сказала, она просто протянула сестре картофелину и сказала:
- Есь. Вкусно.
Полина есть немытое не стала. Набрав клубней во все карманы, она увела сестру с поля и затем, вернувшись, посадила все вырванные кусты в их родные ямки...
К счастью змея не сгорела. Пока они ее ели, вкусную, сочную, в золе поспевала картошка.
