— Это мой ребенок? Или моего отца? Проклятье! Ответьте же мне, Кэролайн!
Но она, решив, что и так сказала ему слишком много, лишь молча помотала головой. Единственное, чем она могла защитить своего еще не родившегося ребенка, — это отказом отвечать Волку.
Волк же, не в силах долее выносить этой пытки, нахмурился и, едва сдерживаясь, чтобы не зарычать от ярости, проговорил:
— Поскольку вы наотрез отказываетесь просветить меня в этом вопросе, мне остается лишь предположить самое худшее. — В два шага он достиг двери, открыл ее и исчез за порогом дома.
По комнате пронесся порыв холодного, злого ветра, а потом вдруг стало тихо и пусто. Лишь дрова в камине тихо потрескивали догорая.
Миссис Кинн не могла не заметить, что Волк перестал появляться в ее маленьком домике, но старушка была достаточно деликатна, чтобы не спрашивать о причине этого у Мэри и Кэролайн. Что же касается Мэри, та без обиняков приступила к Кэролайн с расспросами.
— Не знаю, какого ответа ты ждешь от меня, — хмуро промолвила Кэролайн, сразу же пожалев о взятом ею резком тоне. Но она и без расспросов Мэри чувствовала себя не в своей тарелке. Однако молодая мать не заслужила, чтобы с ней обращались подобным образом. Она всегда отличалась кротостью и редким терпением.
Опустившись на пол возле Мэри, которая забавляла расшумевшуюся дочку погремушкой из сушеного макового стебля с головкой, Кэролайн прижала ее свободную руку к своей щеке и ласково попросила:
— Прошу тебя, давай не будем говорить о нем! — и отвела глаза, не в силах выдержать обращенный к ней открытый, честный взгляд Мэри.
— Я знаю, Кэролайн, что-то случилось. Ты можешь отпираться сколько угодно, но меня не проведешь. Поверь, я спрашиваю об этом не из любопытства. Просто мне очень хочется, чтобы ты была счастлива!
— Но я счастлива, Мэри! Ты делаешься все крепче и здоровее день ото дня, договор с чероки скоро будет заключен.
— Да, да. Я понимаю. Тебе доставляет радость пребывание в этом домишке вместе со вздорной старушенцией, крикливым младенцем и его матерью, которая едва в состоянии обслужить саму себя. Скажи еще, что ты просто счастлива выполнять почти всю работу по дому, хотя тебя тошнит и рвет по утрам!
Внезапно Мэри умолкла и зажала рот ладонью, поняв, что сказала лишнее. Кэролайн засмеялась к похлопала подругу по руке.
— Боже мой! Я и не знала, что веду себя при этом столь шумно. Извини, Мэри! Тебе ведь так необходим достаточный сон! Впредь я постараюсь избавляться от излишков пищи как можно тише!
— Не смейся, Кэролайн! Я говорю вполне серьезно!
— Мэри, что же ты хочешь услышать от меня? Признаться, я тебя не вполне понимаю!
— Кэролайн, ведь мы с тобой подруги, не так ли? — и молодая женщина с надеждой заглянула в лицо Кэролайн. — Ну конечно!
— И однако ты упорно не желаешь принять мою помощь!
— Господи, что ты имеешь в виду, Мэри? Ведь Коллин отнимает у тебя почти все время, и ты еще слишком слаба, и...
— Я имею в виду совсем не физическую помощь, и ты это прекрасно знаешь. — Мэри погладила спящую дочь по головке и взяла Кэролайн за обе руки. — Ты ведь слушала меня, когда я рассказывала тебе о Логане, делилась своими надеждами и сомнениями. Мне было так отрадно, что есть с кем поделиться самым сокровенным. — Глубоко вздохнув, Мэри продолжила: — А вот ты не...
— А чем, скажи на милость, я могу поделиться с тобой?! — перебила ее Кэролайн, чувствуя, как в душе ее снова закипает досада. Правдивые слова Мэри немилосердно жгли и ранили ее. — Тем, что я не любила мужа? Да, я терпеть его не могла, но тебе это давно известно. И разве оттого, что я сейчас произнесла эти слова, тебе стало легче?
— Роберт был не самым приятным человеком на свете.
— Истинная правда! — подхватила Кэролайн уже гораздо спокойнее. — Но я добровольно сочеталась с ним браком и не имею права все время вспоминать о нем только плохое! — «Сознавая при этом, как я обманула его», — мысленно добавила она.
— Ради твоего же благополучия?
— Ради еще более важных вещей.
— Ты ведь ждешь ребенка от Раффа, не так ли? О, не смотри на меня с таким недоумением. — Мэри обняла Кэролайн за плечи и улыбнулась ей. — Нас никто не услышит: миссис Кинн ушла к портнихе. Клянусь тебе, я никому не скажу ни слова.
— Как же ты обо всем узнала? — Кэролайн поняла, что отпираться бессмысленно. Переубедить Мэри было бы невозможно, к тому же она так устала лгать!
— Я, конечно, могла бы объяснить все моей тонкой интуицией, — смущенно произнесла молодая женщина, — но должна признаться, что правда открылась мне, когда я случайно услышала ваш с Раффом разговор. Помнишь, ночью, на прошлой неделе?
— Мэри, я просто шокирована. — Кэролайн улыбнулась и склонила голову набок. — Неужели ты подслушивала?
— Возможно. Отчасти. Ведь вы с Раффом не могли то и дело не срываться с шепота на крик. О Кэролайн, почему ты не сказала ему правду?
— А почему ты так уверена, что правда известна мне самой?
