К форту они подошли лишь спустя несколько часов. У самых стен Хаджар с удивлением обнаружил несколько ветряных мельниц, поля из ржи и пшена и явно второпях брошенные крестьянские дома. Ну да, логично, крестьяне селились рядом с крепостью и торговали с ней продуктами. А в случае чего могли спрятаться внутри.
Все лучше, чем селиться прямо на самых окраинах королевства, куда не так редко заглядывали то разбойники, то отряды кочевников. Хотя, разумеется, были и такие деревни. Не так много, но были.
Они либо как-то договаривались с врагами, либо выживали как могли, чтобы уйти на другое место с обжитого… Ну, Хаджар мало знал таких примеров, когда крестьяне покидали бы обжитые и разработанные земли.
Лагерем встали у самых стен, недалеко от центральных ворот. Все равно два миллиона форт бы в себя не вместил.
Только лишь старшим офицерам разрешили переместиться под стены, но мало кто согласился. За армией нужно было следить, и ей требовалось управлять. А оставлять за главных младший офицерский состав означало немного расслабить ежовые рукавицы. Перед непосредственным сражением никто делать этого не захотел.
Так что по примеру генерала Лин народ опять поставил палатки и шатры.
Уставшие от недельного марша солдаты рухнули на “кровати” без задних ног. А вот офицерам и командирам пришлось плестись на военный совет. На этот раз гонец, пришедший в как всегда стоявший в отдалении лагерь Догара, позвал неожиданно не только старшего офицера, но и его помощника.
Хаджар, наспех напяливший под одежды кольчугу и легкий кожаный доспех, поспешил следом за Догаром. Тот как-то предлагал ему латы, но Хаджар чувствовал себя в них, как в консервной банке. К тому же от удара, от которого не сберегут кольчуга и плотный кожаный доспех, не поможет и броня. Так что особой разницы он не видел.
В шатре уже собралось немало народа, а к знакомым по прошлому собранию лицам добавилось новое — начальник форта. Тоже генерал, но ниже по статусу, чем армейский.
Да и выглядел он несколько… жалко. Низкорослый, в шелковых одеждах, остроносых замшевых туфлях и с объемным животом, он не походил на генерала. Скорее, на чиновника, коим он и стал за десятилетия отсидки в северном форте.
— И что вы предлагаете, леди Лин? — спросил он насмешливым голоском.
—
Как и всегда — в броне и с серьезным взглядом.
За спиной начальника форта стояло несколько солдат. Хаджар сначала не понимал, что его так смущало в их доспехах, а потом понял. Они были новыми. Сверкали в свете факелов и ламп, отбрасывая блики отполированной до блеска поверхностью. В таких хорошо на парад или на празднование, но вовсе не на войну.
Проклятье, сколько же лет кочевники не приходили на север? И почему вдруг решили заявиться именно сейчас? Нет, все понятно — юг уже был почти что безжизненной пустыней. Всех согнали на рудник. А кого не согнали, те влачили жалкое полумертвое существование. У них грабить было нечего.
Но почему именно сейчас? Почему перед сезоном дождей? Ведь обычно кочевники приходили ранним летом, когда могли свободно пастись их кони, а земля была достаточно твердой.
— Сто двадцать ваших пушек, — генерал передвинула игрушечную пушку поближе к холму. — Из-за холма их не будет видно, и перед началом сражения мы сможем дать два или даже три залпа.
— Ради
— Спешу напомнить, господин начальник форта, у меня есть прямое распоряжение генералитета. Вы и весь ваш гарнизон поступаете в мое полное распоряжение. Так что моя просьба была лишь данью уважения. — Генерал нахмурила брови, и от нее повеяло чем-то недобрым. — На деле же — это приказ.
— Ах, ну раз приказ, — все так же насмешливо улыбался чиновник в погонах. — Лука, скажи-ка мне, что у нас там с пушками?
Из тени шатра вышел мужчина, больше всего напоминающий крысу. Сгорбившуюся, скользкую, напялившую не по размеру большие, дорогие одежды крысу. Один из тех бедняков, что получили деньги и власть, но вот вкус так себе и не привили.
— На стенах стоит обязательный минимум, установленный генералитетом. Шесть сотен, двадцать четыре штуки.
Даже числительные он не мог произнести нормально…
— Снять мы их можем? — уже зная ответ, самодовольно спросил начальник.
— Никак нет, генерал, — поклонился человек-крыса.
— Никак нет, — повторил чиновник, поворачиваясь к Лин.
— Мне не нужны ваши основные орудия. — Генерал несмотря на то, что над ней явно насмехались, не теряла самообладание. Видимо, не впервой ей оказываться в подобной ситуации. — Но по закону вы должны хранить не меньше четырех сотен запасных стволов на случай, если основные придут в негодность. Выдадите мне сто двадцать из их числа. Это прямой приказ.
