– Все начальство на ноги подняли! Теперь три дня никому работать нормально не дадут! – жаловался он. – Проблема России – слишком много свободного начальства, которое понятия не имеет, чем себя занять. И будут все эти начальнички вокруг трудящегося весь день слоняться, таращиться, лезть с советами и всячески осложнять ему работу… Если начальник рубится в игры у себя в кабинете – это еще повезло. А если деятельный? Всем писать реферат: что вы будете делать, если на больницу упадет метеорит!
Родион подумал про Вадюшу. В ШНыре был один такой тип, да и того всем хватало.
– А вы напишите в объяснительной: был зомбирован. Полтора часа стоял столбом и ел пирожок с ливером! – посоветовал Родион.
Лехур с подозрением воззрился на Родиона:
– Та-а-ак! Ты здесь был уже, что ли? Ну ладно, держись рядом со мной и веди себя уверенно! Врачи будут думать, что ты полицейский, а полицейские – что ты врач!
В отделении реанимации особого столпотворения пока не наблюдалось, только ходил какой-то человек в синей спецовке и проверял пломбы на всех закрытых дверях, одновременно фотографируя их на телефон.
Они вошли к Штопочке. Здесь Родион опять испытал укол беспокойства. Ему показалось, что ничего не изменилось. Однако Лехур, осмотрев ее, остался неожиданно доволен:
– На первый взгляд ей гораздо лучше. Однако денек еще повременю радоваться! И если окажется, что все действительно так хорошо, как кажется, сделаю себе подарок! Когда закончится моя смена, приду домой и целый день буду лежать на диване!
– Я думал, ты спортом занимаешься! – сказал Родион.
– Ты меня с кем-то путаешь. У меня теперь такой спорт: сделал волевое усилие – встал – помыл ложку – помыл чашку – налил себе кофе – вернулся на диванчик! Уф! Забег завершен!
– А здесь?
– А здесь я на работе. Здесь мне провисать нельзя, – твердо сказал Лехур, и маленькие очочки его решительно блеснули.
«И мне нельзя провисать!» – подумал Родион.
А Лехур уже взял его за плечи и, сказав: «Если что, я позвоню!» – выставил в коридор.
Родион пошел куда глаза глядят. Он находился в том состоянии усталой рассеянности, которая наваливалась на него обычно километров через восемьдесят бега по бездорожью, когда невинное дерево могло показаться дельфином или огромным грибом. Больницу он, видимо, покинул без приключений, а потом воспользовался
Его окликнули. Через забор сквера перемахнула Юля. Она неслась напролом, и препятствий для нее не существовало. Урна, скамейка, ограда – все предметы буквально расступались, пропуская ее. Когда человек просто занимается паркуром – это первая стадия, а когда ему уже лень обходить спинку стула, чтобы сесть на стул, – эта стадия уже называется «Юля».
– Витяра ушел! – крикнула Юля, возникая рядом с Родионом.
– Из ШНыра? Он не сегодня ушел! – отозвался Родион.
– Сегодня он вернулся и попросил у меня карту Подземья! Его интересовали те тоннели, что ведут из ШНыра. Я сказала, что свою карту никому не даю, но разрешила сфотографировать на телефон. Он сделал несколько снимков. А через какое-то время смотрю: у меня фонарь исчез! И запасные батареи к нему тоже! Ну, я сразу вспомнила о Витяре и о карте. Короче, он ушел через колодец… Там залаз удобный – сразу на нужной глубине оказываешься!
– И зачем ему Подземье? – спросил Родион. – Он о чем-то еще говорил?
– Он говорил, что всем надо дать шанс.
– Да уж… – процедил Родион. – А еще какие-то участки он фотографировал? Ну, кроме тех, что под ШНыром?
– Еще под ведьмарским фортом. Но я их плохо знаю. У меня там карта не слишком точная.
– Та-ак! Он был один? Ведьмари его не выпасали?
– Вроде нет.
– Когда ушел? Давно?
Юля попыталась сообразить:
– Думаю, еще на рассвете. Я не сразу хватилась фонаря.
– Оружие он брал какое-то?
– Не знаю! Может, шнеппер или саперку… Но у него с собой мяч с глазами! Я видела, как он его перекладывал!
Словосочетание «мяч с глазами» Родиону совсем не понравилось:
– Как выглядел этот «мяч»?
– Зеленый. Рыхлый такой.
– И семена у него как зрачки, да?
Юля кивнула. Родиону мучительно захотелось отыскать у себя где-нибудь в голове кнопку процессора и сделать перезагрузку.
– Глазастик, – устало сказал он. – Вырастает на
– Стенку мира разнесет?
– В слабом месте, вроде подземий форта, где и без того протечки? Запросто. Жуткие люди эти гуманисты. А ведь небось еще жуков через дорогу переносит! – сказал Родион.
Через поле они вернулись в ШНыр. По дороге Юля, чтобы напрасно не нервничать, проверяла, можно ли отточенной саперкой подрезать себе ноготь на большом пальце. Оказалось, что нет. Родион следил за ее попытками довольно благосклонно.
