К твоим ногам сам преподнёс,
Она поверь, не знает меры,
Когда твоих коснусь волос.
Примкну к твоим устам, растаяв,
Увидев взгляд любимый твой,
Ведь твои очи – дверцы Рая,
Куда веду свой путь с тобой.
Я каждый день и каждой ночью,
Что даровал Бог разделить,
Я разорвал страницы в клочья,
Могли, что память бередить.
И вот теперь душа открыта,
Чтоб снова с чистого листа,
Перо, взяв написать: "Забыто,
Как утекла из рук вода".
Но это знай, моя родная,
Сегодня вовсе не беда,
Я день вчерашний, провожая,
Воскресну вновь с тобой с утра.
И я наполню снова чашу,
Вином из встреч и нежных слов,
Я всё плохое вмиг замажу,
Пока я автор тех стихов.
Ты сплела оберег на закате,
На руке завязав в узелок,
Силуэт твой на речной глади,
Это всё, что запомнить я смог.
И с тех пор ты всегда в моём сердце,
Ты везде и повсюду со мной,
Оберег твой – к душе твоей дверца,
И за нею я снова живой.
И любовь, что с первого взгляда,
Овладела впервые с тобой.
От рассвета, когда до заката,
Ты моей была, а я был твой.
Вновь улыбка и радость на лицах,
Отразятся на глади речной,
К небесам вознесёмся, как птицы,
Обрести, чтобы вечный покой.
(Спасибо соавтору В.Филатову за мысль…)
Любовь. Чуть тише скажешь, не услышишь,
Чуть громче стих свой не допишешь,
Ведь лабиринты наших чувств,
Непостижимей всех искусств.
Отпустишь чуть любовь из виду,
Вдруг вспомнишь боль, вспомнишь обиду,
В любви порой, как на войне,
То ранен был, то вновь в седле.
И как нам справиться с тем чувством,
Когда улыбаясь, говорим о грустном,
Умом любовь нам не понять,
И вновь придётся рисковать.
А кто рискует – тот в итоге,
В людском безудержном потоке,
Найдёт свой посох, чтоб в любви
Остаток свой пути пройти.
Произнесите просто слово,
Что сохраню в своей душе,
Чтоб вспомнить голос снова,
Увидеть облик в мираже.
Произнесите просто фразу,
Ведь в ней гораздо больше слов,
И напишу вам стих я сразу,
Очнувшись между двух миров.
А может вы, споёте песню,
Ваш голос, словно шум ручья,
И ради вас я вновь воскресну,
Меня отпустит к вам судья.
Я постараюсь не фальшивить,
Когда вам буду подпевать,
Хочу одну вас осчастливить,
Ну а пока я буду ждать…
Просто русский мужик,
И никак не испанский мачо…
Просто мой, просто,
Что ни на есть, мужчина.
Да и я не из «Декамерона» Бокаччо –
Я лишь слабая женщина,
Со слабостью к капучино,
К пышной пенности облаков
В перехлёстах с индиго,
К поцелуям со вкусом
Сладко-жгучей «терновки»,
К пальцам дерзким,
Сулящим опять интригу,
В бельевых веригах снующих ловко…
За окном жара или снег –
Это всё детали…
Делим поровну
Терпкость бессонной ночи.
Просто, к счастью,
Мы в этой жизни с тобой совпали,
Безусловно и навсегда, бессрочно.
Была зима? Я что-то пропустила…
Наверное, мне было всё равно
Что сыпалось порой с небес унылых –
Дождинки или снежное зерно.
Без разницы! – туманы или иней,
Дожди ли, ветры… это всё пустяк,
Когда тонула я во взгляде синем,
Когда всё пело, и когда всё так…
Всё так волшебно!.. Вечер у камина –
Минуты шли неведомо куда,
И в доме пахло хвойно-мандаринно,
В окне качалась первая звезда!
В её лучи, как в цветик-семицветик,
Желанье прошептали мы вдвоём –
Весну! Пускай раскидывает сети…
Пока весна – и дышим, и живём!
Мы из кокона детства выходим не сразу,
Долгий путь до взросления кажется сложным:
По нему – только сам, без волшебных подсказок,
Собирая все шишки, какие возможно…
Потихоньку, потом, зарождается трепет
Из глубин, из ветров, изнутри, отовсюду!
И когда мимоходом любовью зацепит,
Зачарованно ждёшь и полёта, и чуда…
Отпуская с ладошки ручную синицу,
Ты бежишь от привычного «жили да были»,
Оперяются чувства – весенние птицы,
И уносят в любовь журавлиные крылья.
Ночи ещё бесконечно теплы,
Крыши по-летнему гостеприимны…
В городе душно… не хочешь уплыть
к небу? Возьмём по стакану Jim Beam/а,
Где вместо льда – две прохладных звезды
тонут, сливаясь с янтарным бурбоном,
Будем молчать или чушь городить,
Пряча любовь под ночным балахоном,
И целоваться всю ночь напролёт,
Губы припухшие трогая сонно…
Утро. Ноябрь. А за окнами льёт.
Лето ушло. Лишь тепло от бурбона…
Давай сбежим с тобой от суеты,
Отключим ноутбук и телефоны…
Есть дом в лесу, где только я и ты,
Очаг, огнём трескучим оживлённый.
Там пахнет мятой, мёдом и теплом,
Поскрипывают тонко половицы,
За маленьким заснеженным окном
Такая тишь! Там сладко-сладко спится.
Там нет ни часа пик, ни время Че,
Там бесконечны нежности приливы,
И, засыпая на твоём плече,
Я знаю – очень просто быть счастливой!
Не молчи. На минутку прерви тишину,
Хватит осень листать, замерев на балконе.
Хочешь, я на окне нарисую весну,
Чтобы спрятаться нам от хандры межсезонья?
И неважно, что там, за «стеклянной» весной,
