— А четвертая? — с любопытством осведомилась Марианна, не заставшая эту дивную сценку.
— А четвертую пришиб лапой его любимый тигр. Его Избранность одобрил.
— Мило.
— Детка, будь осторожна… Мы очень постараемся вытащить тебя поскорей, но пока…
— Я понимаю, — но про себя феникс понимала еще больше. Если ее вытащат в ближайшие дни и Повелитель поймет, как его провели, тогда ад сорвется с цепи, и Лиге не жить. Ни Светлой, ни тем более Темной. Как ни шифруются ее темные коллеги, но коснись их тень подозрения, попадись хоть один — и цепочка потянется. Это все понимают. Так что Лина, как бы паршиво не пришлось во Дворце, сколько бы наемничков не подсылала Темная Принцесса, а уходить оттуда — нельзя. Подставишь всех.
Нельзя.
Песчаник стен сменился гранитом… Коридор стал шире, впереди зашумели голоса.
— Ну вот и совещание. Алексея сама узнаешь или подсказать?
На совещании обсуждался вопрос, волновавший обе Лиги.
— Нет, пока наша служба информации не может сказать, в чем суть Реформы, это держится в секрете. Но сходятся на том, что это связано с опознавателями…
— Опять перерегистрация? — худой парень, задавший Сергею вопрос, сначала показался Лине незнакомым. Но Марианна рядом тихонько вздохнула, а когда спросивший шевельнулся, то обнаружилось сверхлимитное количество рук… Шесть. А, маг из лагеря, на которого подружка положила глаз. Ясно. А где же?…
— Судя по всему, да…
— Черт!
Не этот… Алексей совсем не так держит плечи… И не этот… И не светловолосый парень у иллюзии окна… И не…
В этот миг она почувствовала на себе взгляд.
Чуть повернула голову…
Он смотрел прямо на нее, рыжеволосый парень с россыпью веснушек на белой коже… Парень рядом с Сергеем… Прямо на нее. И так, словно в этой комнате были только они двое…
Не может быть! Я же… как он узнал?
Я же в маскировке…
Но парень встал, и, не обращая внимания на попытку Сергея его удержать, пошел вперед.
— Чиж! — позвал чей-то возмущенный голос…
— Не может быть! — тихонько шепчет рядом Марианна…
Но он уже рядом. И пусть глаза не того оттенка, но взгляд — тот! И руки, что ложатся на плечи, окутывая сердце теплом…
И знакомый голос, родной, неповторимый, шепчет в ухо:
— Ты!.. Это ты…
— Эй! — слышится чей-то недоуменный возглас, но Сергей уже машет рукой, прощаясь с очередным сорванным совещанием…
Только Алексу, похоже, все равно. Да и Лине, если честно, тоже… Она перестала замечать и лигистов, и понимающий взгляд телепатки, и улыбку Марианны, поглощенная тем, что Алексей рядом…
— Лина… — шепчет он, и в его сияющих глазах сама собой тонет ее тревога… — Лина…
И вздохнув, глубоко, прерывисто, он прижимает ее к себе, нежно, крепко-крепко, словно боясь потерять…
— Лина…
Голос не слишком слушается, почти срывается, и юноша вновь приникает лицом к ее волосам…
А потом они просто молчат, потому что слов сейчас нет, потому что можно просто молчать и быть счастливым просто оттого, что рядом бьется другое сердце… Родное сердце… Любовь моя…
— Никуда больше не отпущу… Слышишь, никогда!
Милый мой… Как мне сказать?… У меня всего полчаса.
— Снова буря…
— Это еще ничего, — отозвалась Лина.
Небо над Севастополем было хмурым — темно-серые, почти черные тучи сплошь затянули небо, по опустевшим улицам хлестал ливень, ветер трепал мокрые деревья на бульварах… Пусто, мокро и холодно. Даже горы угрюмо нахохлились, пряча снежные вершины за серыми лохматыми облаками…
Эту горную цепь, небольшую, но редкостно живописную, Магда воздвигла по приказу Повелителя — тот зачем-то желал видеть горы из окон Дворца. На это ушло немало времени и сил, зато город обзавелся новой достопримечательностью, а Лига — убежищем. Горы еще долго будут фонить магией, и попробуй засеки там что-то постороннее. Эта пещера в новом горном отроге напоминала одно человеческое здание, с эркером, обзорным окном… Магда сотворила ее на спор, так просто, и здесь, в пещерке, затянутой горным хрусталем, никого не было. Почти.
— Он тебя не трогал? Лина? Прости…
— Нет, все обошлось. Что ты, Алекс? Обошлось, честно! Ну правда…
— Обошлось бы — не говорила б столько слов, — Алексей осторожно отводит в сторону прядку ее волос, затеняющую глаза… — Обманщица…
— Умник…
— Ведьма… — голос Алексея тих и очень нежен, — Лина… Не уходи…
— Я вернусь… Обещаю, милый… Леш…
Ей не пришлось раздумывать, как извиниться перед Сергеем за сорванное совещание… И как выбраться наружу, чтоб успеть к сроку…
«Вызов» ожег изнутри, хлестнул по каждой клетке, каждому нерву… И она растаяла, не успев ни предупредить, ни проститься…
Астрал, непривычно колючий, просто наизнанку вывернул, рванул мышцы, пнул в живот… Лина рухнула на колени, борясь с тошнотой. Черт… Что ж такое… Сейчас-сейчас… Только темнота перед глазами хоть чуть рассеется… Лина осторожно тряхнула головой… И поняла, что ей еще повезло — под ее коленями аккуратно распалась на две половинки декоративная подушка. Ад и демоны!
Неточный перенос… Не было бы подушки — ноги бы в камень вплавило… Какого дьявола? Чтоб вас, Ваше Величество… И какого черта опять Ваша спальня? И… где Вы сами?
