И одеяло, и приказ были восприняты с тем же безразличием. Но немного погодя изумрудные глаза всё же закрылись. Опять послушался!
Ничего удивительного в этом не было. Лина присутствовала тогда в холодном ноябре, в день казни...
И видела, как Алексея Соловьева сломали.
