Он не мог объяснить, как почувствовал ее приход (и на самом деле он вообще был удивлен, что может его чувствовать, ведь он был человеком), но его тело как-то странно напряглось, он ощутил давление в черепной коробке. Адам крепче обнял Габриель, защищая ее от возможной опасности.
Несколько часов назад – несмотря на ярые протесты – он настоял на том, чтобы Келтары ушли из холла, покинули замок, убедив их, что было бы разумней переждать это время где-то в другом месте, потому что, когда Эобил явится в замок, она будет в ярости.
Габриель он оставил с собой. Ее он защитит от гнева королевы, чего бы ему это ни стоило, но он не хотел лишний раз подвергать опасности МакКелтаров.
Внезапно поднялся сильный ветер и в камине потух огонь, а потом воздух наполнился запахом жасмина и сандала и перед ними, мерцая, предстала Эобил.
– О Боже, – услышал он благоговейный шепот Габриель.
– Моя королева, – сказал Адам, поднимаясь и потянув за собой Габриель, которую он все еще обнимал за талию.
Да, Эобил была разгневана. От нее исходила чарующая сила, и она казалась такой ужасающе красивой и так ярко сверкала, излучая свет тысячи крошечных солнц, что даже Адам почти не мог на нее смотреть. И хотя Эобил приняла человеческий облик и ее обнаженное тело под платьем из света выглядело леденяще прекрасным, все же в ней не было ничего человеческого. В воздухе пульсировала чистая власть – признак присутствия древнего, вечного Существа.
– Как ты посмел? – Ее слова отзывались эхом в главном холле, отражаясь от каменных стен.
– Моя королева, – поспешно ответил Адам, – я бы не пошел на такие крайние меры, не подвергнись риску ваше благополучие. Большому риску.
– И, по-твоему, я должна поверить этому, Амадан? Ты хочешь, чтобы я восприняла твой последний – и, должна сказать, самый вопиющий – акт неповиновения как самоотверженный, бескорыстный поступок? – В ее голосе звучала насмешка.
Она произнесла часть его настоящего имени, назвав его не Адам, а Амадан. О да, она рассвирепела не на шутку.
– Это действительно представляет для вас угрозу, – ответил он и немного помолчал. – Хотя, если бы вы захотели меня вознаградить, я был бы не против.
– Вознаградить тебя? За что я стала бы тебя вознаграждать? Ты хоть понимаешь, что ты натворил? Ты знаешь, что люди уже начали проскальзывать сквозь ткань пространства и времени там, где действует старая магия?
– Дольмены открылись? – потрясенно спросил Адам.
– Да.
– Так почему же вы, черт возьми, так долго возились?
Королева окинула его таким холодным взглядом, что он удивился, как у него еще не заледенела кожа.
– Что мне угрожает? Говори. Давай. Быстро. С каждым мигом мне все больше хочется наказать тебя, а не выслушать.
– Дэррок совершил покушение на мою жизнь. – «Вот тебе. Получай, Эобил, – думал он, – и верни мне бессмертие, как должна была бы вернуть несколько месяцев назад».
Королева напряглась.
– Дэррок? Откуда ты знаешь? Ты ведь больше не можешь видеть себе подобных.
– Его видела я, – проговорила Габриель.
Адам опустил на нее взгляд, обнимая еще крепче. Ее глаза были прищурены, она смотрела в сторону и все же пыталась взглянуть на королеву краем глаза. Эобил намеренно решила предстать в таком сиянии, зная, что люди не могут сфокусировать на нем свой взгляд. «Но она не знает Габриель», – с гордостью подумал Адам; она была сильная, его ka-lyrra.
Эобил не удостоила ее своим вниманием.
– Как? – требовательным тоном спросила она у Адама.
– Она – Видящая Сидхов, моя Королева.
Глаза Эобил прищурились.
– Ну и ну! – Она окинула Габриель пристальным, властным взглядом. – Я думала, все они давно мертвы. Ты же знаешь, что согласно Договору она теперь принадлежит мне.
Адам выпрямился.
– Она помогла мне добиться аудиенции с вами, чтобы я мог предупредить вас, что Дэррок готовит против вас заговор, – взволнованно ответил он. – В обмен на то, что она будет действовать как мой посредник, я гарантировал ей безопасность.
– Ты гарантировал? Ты не имел права ничего гарантировать.
– Моя королева, Дэррок освободил Охотников королевства Ансилии. у него на службе их два десятка или около того.
– Охотников? Моих Охотников? Ты шутишь! – В главном холле поднялся внезапный порыв ледяного ветра и пронесся прямо рядом с ним.
Когда Адам отвечал, воздух, вырывавшийся у него изо рта при каждом слове, замерзал, образуя крошечные кристаллики льда.
– Это не шутка. Это правда. Когда он нападал на меня вовторой раз, он не потрудился скрыть от меня ни себя, ни своих Охотников. Я сам их видел.
– Рассказывай, – приказала Эобил.
Он оживленно рассказал ей все, начиная с того, как он увидел Габриель, о встрече с Эйни и ее приятелем, о первом и последующем нападениях Дэррока.
– Ты тоже все это видела, Видящая Сидхов? – спросила королева.
Габриель кивнула.
– Расскажи мне, что именно ты видела.
Чуть отведя от королевы взгляд, Габриель подробно рассказала ей все, описывая в деталях всех Существ.
– И мы оба знаем, – подытожил Адам, когда Габриель за кончила, – что Дэррок мог пообещать Охотникам только одну вещь, чтобы те отреклись от присяги на верность вам.