– Обещанная тема про Париж будет? – спросила она и достала сигарету. Протянула ему. Он взял, прикурил и осторожно затянулся. Однажды он попробовал сигареты отца. Это была ужасная гадость. Сейчас, видимо благодаря алкоголю, даже получилось и не закашлять. Кстати, так серьезно он пил тоже в первый раз. И сейчас Рита, виски и сигарета сделали свое дело. Голова пошла кругом.
– С чего начать?
– А с чего хочешь. Мы же никуда не спешим. – И она закинула ногу на ногу.
Павел начал с писателей и художников, которые жили в Париже на Монмартре. Сначала с трудом вспоминал факты, а потом сам увлекся – заготовка действительно получилась интересной. И даже с некоторой долей импровизации. Рита, похоже, тоже увлеклась, задавала вопросы и буквально смотрела Паше в рот. Потом оказалось, что к ним присоединились и другие ребята. Паша впервые находился под столь пристальным вниманием аудитории и решил, что все могут заскучать, и неожиданно прервался:
– Может, потанцуем?
Его поддержали.
Денис поставил диск. Заиграла медленная музыка. Рита встала и подала Паше руку.
– Слушай, а ты прикольный!
Непонятно, как надо было расценивать эту фразу Паше, но он набрал в легкие воздуха и сказал:
– Ты мне тоже очень нравишься. – И прижал ее к себе.
– Ну-ну! Ты чего это? – Она отодвинулась и отстранила его. – Пойду на кухню, воды попью.
Хмель выветрился из Пашиной головы в одну секунду. Он остался стоять один среди танцующих парочек.
«Наверное, надо извиниться». И он пошел вслед за Ритой на кухню, но, услышав, что там еще какие-то девчонки, остановился и прислушался.
– Прикинь, Маш, мне Акимов в любви признался!
Голову будто сжали тисками.
– Да ладно! А чего, нормальный парень, по-моему. Светке вот ужасно нравится.
– Вот пусть Светке и нравится. А для меня он – «водитель». А принцессы с водителями не водятся!
– В каком смысле водитель?
– Ну мы же в детском саду вместе были. И он там у нас с Генкой, когда мы в свадьбу играли, всегда водителем был. Ну ты же понимаешь, это метафора. В общем, как был водителем, так им на всю жизнь и останется. И никакие Парижи и теннисы не помогут. Вот для Светки он как раз пара. Кто у нее там папаша?
– Директор ресторана какого-то, кажется. Не помню точно.
– О! Чудесная парочка. Обслуга, короче, она обслуга и есть.
– Ну все! Прилипло теперь погонялово к Пашке! Водитель! Ха-ха-ха! – прокомментировала другая девочка.
Паша не верил своим ушам. Он взял куртку и, ни с кем не попрощавшись, вышел из квартиры. После восьмого класса он ушел в вечернюю школу и помогал маме с переводами. А потом, сдав все экзамены на «отлично», поступил в МГИМО. Павел еще пару раз пытался завязать отношения с девушками высокого социального статуса. Но те только отшучивались. И он стал выбирать тех, кто попроще, и быстро с ними расставался. У него так и не появилось ни одного друга. Он решил, что лучшими друзьями для него станут деньги. У него будет их много, и он купит все – и дружбу, и любовь, и все на свете. Когда они появятся в достаточном для этого количестве, он не знал, но верил, что это точно будет. И деньги появились вместе с неожиданным вторжением в жизнь отца Лизы. И их стало очень много.
Сегодня Потапов решил проехаться в деревеньку. Один. Обмозговать, поприкидывать. Поехал на вездеходе. Благо дорожку какую-никакую проложили солдатики. Хотел он проверить кое-что, да все никак не мог собраться. Сейчас он уже был уверен на все сто, что постоянно исчезают припасы, привозимые им в усадьбу. И тушенка, и кубики бульонные, и масло подсолнечное. О беглых не сообщали, да и тюрьмы здесь поблизости нет. Может, дикие туристы набрели на его запасы? Или пропавшие солдаты? Но их бы уже нашли.
В своих внутренних монологах Иван Семенович не раз критиковал планировку этого населенного пункта. Однако БЖД (безопасность жизнедеятельности) на случай войны, к его удивлению, здесь была практически обеспечена. Местность состояла из оврагов, крутых скатов и обрывов, речек и заболоченных участков, огромного лесного массива. Все это было очень по душе полковнику Потапову. Зимой и весной, думал он, эта местность значительно снижает проходимость автотракторной техники, значит, пользоваться этими благами можно только летом и сухой осенью. Но рельеф тут, конечно, мировой: и растительный покров, и наличие различных укрытий, способных полностью обеспечить защиту подразделений. Каких подразделений, он и сам не понимал, но как стратег не мог этого не отметить. Условия наблюдения зависели от степени просматриваемости окрестностей и дальности обзора.
Решил он пару дней понаблюдать за передвижениями и устроить свой дозор на руинах церкви. Есть там одно местечко, он его уже приглядел, так как пропажи его все-таки волновали. Еще его волновали и некоторые предполагаемые нарушения равновесия экологической среды.
