За дверью начинался тот самый коридор, по которому я шел, когда впервые вышел из камеры. Ряды металлических дверей с рунными печатями. Тяжёлое дыхание и скрежет когтей за ними. В магическом зрении печати вспыхивали при каждом ударе изнутри. Не связанно ли это с той самой адаптацией?
— Сюда, — Дмитрий указал на одну из дверей.
Я активировал магическое зрение. Защитные контуры на двери были совсем простыми. Даже странно — я ожидал чего-то более серьёзного.
Комната за дверью оказалась небольшой и абсолютно неуютной. Голые каменные стены, пол, выложенный грубыми плитами. В центре — массивный стол с металлическими креплениями, похожий на те, что используют для фиксации особо буйных пациентов в лечебницах.
Но больше всего внимание привлекала небольшая дверь в противоположной стене. От неё исходило такое мощное энергетическое излучение, что волоски на руках вставали дыбом. Защитные контуры переплетались в сложнейший узор, который буквально пульсировал силой. В отличие от предыдущей, эта была массивнее. Толстые стальные листы внушали уважение, укреплённые петли поблёскивали, а мощный засов напоминал железнодорожный рельс. От кого же такую защиту ставили?
У дальней стены громоздились поблескивающие металлом механизмы. Их назначение оставалось загадкой, но рунные печати на хромированных корпусах тускло мерцали, выдавая магическую природу устройств.
— Дмитрий, что за этой дверью? — я кивнул на дверь, пытаясь разобрать особенно сложный фрагмент рунной вязи.
— Твой шанс, — сосредоточенно ответил Дмитрий, направляясь к дальней стене.
— Шанс на что? — я продолжал изучать руны, отмечая про себя знакомые символы защиты и сдерживания.
Дмитрий выдвинул неприметный ящик, вделанный прямо в камень. Лязгнули металлические петли.
— Пробудить силу, — он невозмутимо ответил Дмитрй.
— Или умереть? — спросил я, пытаясь понять, кого пытались удержать за бронированной дверью.
— Это уж от тебя зависит, — ответил Дмитрий доставая из ящика амуницию.
На свет появилась лёгкая броня. Тёмная кожа с металлическими вставками, хитроумное плетение ремней. Магическое зрение выхватило тройное кольцо защитных рун по краям пластин, сияющее ровным синим светом. Броня защитит как от прямого удара, так и от магии.
Следом Дмитрий достал оружие — длинный меч в простых ножнах и массивный пистолет, больше похожий на револьвер времён первых магических войн.
— Умеешь с этим обращаться? — он протянул мне пистолет рукоятью вперёд.
Я задумался. Память подбрасывала какие-то обрывки: вспышки выстрелов, свист рассекаемого воздуха, звон клинка. Но всё как в тумане.
Рука сама потянулась к пистолету. Ладонь легла на рукоять, палец привычно скользнул вдоль ствола. Новое тело словно вспоминало то, что забыл разум.
Внешне — ничего особенного. Добротное оружие, хорошая сталь. Немного старомодный дизайн, барабан на шесть патронов. Но когда я активировал магическое зрение, то вскинул брови от удивления.
Пистолет буквально светился от переплетения энергетических контуров. Тончайшая вязь рун покрывала каждую деталь. Сложнейшая система накопителей и преобразователей в рукояти, ускорители вдоль ствола — всё светилось ровным синим светом.
Это был не просто пистолет, а мощный артефакт. Я различил как минимум три независимых контура. Чувствовалась рука опытного артефактора.
Первый контур отвечал за усиление обычных выстрелов — он разгонял пули до невероятных скоростей. Второй насыщал боеприпасы энергией. Но самым интересным был третий — он позволял использовать чистую стихийную силу без пуль и пороха.
Рунный узор отдавал пламенем — значит, стихия огня. Принцип был прост — направляешь энергию в накопитель, и пистолет сам преобразует её в боевые заклинания. Удобная альтернатива, когда кончаются патроны, хоть и не такая мощная. А еще лучше, связать заклинание с патроном, тогда убойная сила пули вырастет в разы.
Я мысленно перебирал возможности. Огненные шары разной мощности, зависящие от наполнения рунного узора. Правда, синий уровень силы — не самый впечатляющий.
На миг мелькнула мысль опробовать пистолет на Дмитрии, но лишь на миг, он мне полезен. А то что выдумывает испытания — так это и мне на руку. Одно мне не понравилось, — одна из печатей внутри предупреждающе кольнула, напоминая о том, что имущество графа лучше не портить.
— Хороший пистолет, — ответил я. — Но, утверждать ничего не стану — память пока не вернулась полностью.
Дмитрий хмыкнул. В его взгляде промелькнуло что-то похожее на одобрение. Видимо, честность он ценил больше бравады.
— Ничего, проверим твои рефлексы, — он положил оружие на стол. — Давай сначала с броней разберёмся.
Я взял в руки нагрудник. Качественная работа — швы аккуратные, металл подогнан с учётом анатомии. Явно делали на заказ.
Дмитрий помог мне облачиться.
Благодаря креплениям и регулировкам, броня села идеально. Ни один ремень не жал, пластины не стесняли движений. Складывалось чувство, будто всю жизнь её носил.
