Пирита растерянно взглянула на ночную и виновато потупилась. Надо бы предупредить Луну, подумал Холод, чтобы не демонстрировала свои умения так явно.
– О… да, конечно, теперь я, кажется, начинаю припоминать, – пробормотала небесная, вновь глянув на свиток. – Извините меня, я такая рассеянная, такая… никчёмная…
У Холода уже чесались лапы отвесить ей хороший подзатыльник. Несчастный Град томится в неволе, а эта сюсюкающая дура даже не понимает, как много от неё зависит. Придётся, видно, её вразумить – если надо, то и хвостом с шипами!
– Всё в порядке, не волнуйся, – мягко заговорила Кинкажу, обращаясь к небесной и принимая тот же самый оранжево-золотистый оттенок. – Постарайся хоть что-нибудь припомнить, всё равно будет польза.
– Я… ну…. мне кажется, это отсюда не очень далеко, – задумчиво продолжала Пирита. – Пожалуй… наверное… где-то к юго-западу от Небесного дворца. Или…
– Хм… – Песчаный дракончик нахмурился. – А точнее никак?
– Может, ты сама могла бы проводить нас туда? – спросила Кинкажу.
– О нет… нет, что вы! – заикаясь, пробормотала небесная, отступая назад. – Нет, не могу… никак.
– А зачем вам это место? – вмешался вдруг Мороз. Про странного ледяного почти забыли, но он незаметно подкрался и глянул на рисунок через плечо Пириты. – Что вам там понадобилось?
– Хороший вопрос, – кивнул Шквал. – Если вы хотите, чтобы Пирита летела с вами, мы должны знать, в чём дело!
Холоду понравилось, как взглянул на него Вихрь – будто спрашивал, можно ли раскрывать правду.
– Мы предполагаем, – осторожно сказал ледяной дракончик, – что там скрывается королева Пурпур.
Синий дракон удивлённо втянул воздух. Мороз припал к земле и зашипел, яростно хлеща хвостом по бокам.
Пирита между тем явно оживилась.
– Королева Пурпур? – переспросила она с сияющими глазами. – Надеюсь, с ней всё хорошо? – Небесная схватила рисунок и прижала к груди. – Думаете, она там? Я проведу вас туда!
– Не уверен, что это разумно! – прорычал Мороз.
– Можно подумать, тебя спрашивают! – бросил Холод. – Если она согласна помочь, пускай поможет.
По правде говоря, искать Пурпур вместе с её восторженной почитательницей и впрямь не очень хотелось. Что, если небесная выдаст их своей королеве? Хотя, если держать цель путешествия в секрете, почему бы и не попробовать.
– Я постараюсь! – продолжала Пирита. – То есть, конечно, могу и заплутать, но… Я буду очень стараться. Ради королевы Пурпур я готова на что угодно! Я всегда… то есть всегда старалась… – Она вздохнула, печально свесив крылья.
– Спасибо! – кивнул ледяной дракончик.
– Не нравится мне это, – проскрипел Мороз. – Зачем искать королеву Пурпур? А когда найдёте, то что? – Он внезапно прищурился, вглядываясь в Холода. – Принц, говоришь?
– Не твоё дело! – поднял шипастый гребень ледяной дракончик.
– Не волнуйся, Мороз! – вмешалась Пирита и виновато улыбнулась, нервно сжимая когти. – Он просто заботится обо мне, вот и всё.
Вот и ещё одна странность в копилку, подумал Холод. С какой стати Морозу заботиться об этой жалкой небесной? Влюбился, что ли? Не похож он на влюблённого, едва на неё смотрит. А когда смотрит, то совсем не так, как…
А сама Луна – чувствует ли она сама что-нибудь? Трудно сказать. Так или иначе, ни ему, ни Вихрю не суждено быть с ней – если они хотят сохранить верность своим племенам и королевам.
Всё, довольно лишних мыслей, теперь думать только о спасении брата!
Ледяной дракончик шагнул к Пирите, чтобы забрать свиток, но едва их когти соприкоснулись, ощутил странную вибрацию. Стало неуютно, будто всё вокруг сдвинулось с места. Мышцы вдруг напряглись – казалось, какая-то неведомая сила стремится вывернуть его наизнанку.
Застыв на месте, Холод смотрел в янтарные глаза Пириты. Точно так же он вглядывался в чёрную пасть туннеля посреди дождевого леса, где магия вмешивалась в привычный мир.
Это могло означать только одно. Пирита – дракомант.
В тот день ему так и не удалось рассказать остальным о своём открытии. Пирита оказалась не только нервной, но и чрезвычайно прилипчивой. Едва Мороз со Шквалом скрылись из виду, она буквально села ему на хвост и не удалялась ни на взмах крыла, как будто ледяной дракончик был сделан из лучшего медвежьего мяса.
Почему небесная выбрала именно его, Холод не имел понятия. Кинкажу и Вихрь вели себя с ней намного добрее, но едва они приближались и заговаривали, Пирита тут же начинала нервничать и лепетать невпопад. Возможно, она просто привыкла к присмотру со стороны ледяного.
А может, Мороз тоже догадался, кто она такая? Потому так и беспокоился, куда и зачем её забирают. Вполне мог сам строить планы, как использовать её магическую силу. Какие вот только, интересно? Одинокий, никому не нужный ледяной, тоскующий среди немногих оставшихся Когтей, – какой зловещий план мог родиться у него в голове?
