После этого наступил процесс томительного ожидания. Сион ровным шагом рассекала морскую гладь. Куросаки запустил отдельный канал связи и в данный момент общался с военными. В один момент мой взгляд снова обратился на белого титана. Внутри него тоже находился Страж третьего ранга, тот самый, которой держали в криосне. Разбудили его только недавно — специально для этого дела, последнего в его жизни перед неминуемой ликвидацией…
Впрочем, может быть и нет. В своё время у меня получилось остановить процесс заражения Ямато. Возможно, мои способности позволят спасти этого человека, а вместе с ним и всех остальных, кто прямо сейчас находится в коматозном состоянии…
Пока я размышлял об этом, белый титан повернулся и посмотрел прямо на меня.
В рации раздался приятный и бархатный молодой голос:
«Добрый вечер».
— Да не очень.
«Ха-ха… Я хотел попросить прощения за нашу первую встречу».
— Прощения?
«Я тогда ещё не совсем проснулся и совершенно забыл вас поприветствовать».
— Ах, ты про это… Да ничего. Со мной можно на «ты», кстати. Ямато. Или Надесико.
«Занятное имя. Ричард. Не иностранец. Просто мои родители были большими фанатами одного актёра».
— Бывает.
«Кстати, Ямато, а можно задать один вопрос…»
— Можно.
«Это твоё настоящее имя?»
— В смысле?
«Понимаешь… Неловко говорить об этом, но у меня всегда был определённый дар. Сложно описать его, я как бы могу видеть то, чего другие не видят».
— Правда?
Занятно.
Вдруг мне вспомнился случай, когда Сион заметила «Х». Возможно, Стражи третьего ранга действительно обладали необыкновенной силой. Не все. Куросаки, например, казался предельно нормальным… По крайне мере в этом отношении… Но прецеденты были.
«Да, правда… Долгая история, на самом деле…» — в голосе из рации появились горькие нотки. — «И теперь мне кажется, прости, если я грубо выражаюсь, что Ямато — это ненастоящее имя и ещё…»
— Что?
«Что у тебя несколько имён».
Несколько имён?
Хм.
В некоторым смысле.
«Пять, если быть конкретней… Может меньше. Я не совсем уверен. Некоторые из них очень похожи».
Хотя цифра всё равно большая.
Я задумался.
Первое имя было моим собственным — Алексей.
Затем следовала моя кличка — Алекс (может она не считается, не знаю).
Потом… Натаниэль? Нет. Если Ямато — ненастоящее, значит и Натаниэль не может считаться моим собственным. А Надесико? Тоже своего рода кличка.
«Но…» — снова заговорил Ричард. — «Это не всегда работает. Так что не воспринимая всерьёз».
— Пон.
«Y4, у тебя открыт канал связи. Ты с кем-то общаешься?» — неожиданно из рации раздался голос Куросаки.
— С Ричардом.
«Кем?..»
Ах ты ж…
— …Куросаки, напомни, как на самом деле зовут Y2?
«Сатору Хироси, это мужчина сорока двух лет, десять из последних он провёл в криосне».
— Спасибо.
Без лишних слов я отключил рацию и больше к ней не прикасался.
И снова наступило время томительного… или не очень ожидания. Странное это было ощущение. Как на экзамене по предмету, который тебе совершенно неизвестен — одновременно и страшно, и хочется скорее отстреляться.
Возможно мне следовало снова попытаться придумать способ одолеть Вестника, но в голове у меня царила пустота. Это была стена, на которую я не просто не знал, как забраться, но сама высота которой оставалась для меня непонятной.
Наконец мои мысли обратились на более общие вопросы.
А что, собственно, Вестник намеревался сделать?
«Сатору Хироси, это мужчина сорока двух лет, десять из последних он провёл в криосне».
— Спасибо.
Без лишних слов я отключил рацию и больше к ней не прикасался.
И снова наступило время томительного… или не очень ожидания. Странное это было ощущение. Как на экзамене по предмету, который тебе совершенно неизвестен — одновременно и страшно, и хочется скорее отстреляться.
Возможно мне следовало снова попытаться придумать способ одолеть Вестника, но в голове у меня царила пустота. Это была стена, на которую я не просто не знал, как забраться, но сама высота которой оставалась для меня непонятной.
Наконец мои мысли обратились на более общие вопросы.
А что, собственно, Вестник намеревался сделать?
Что он делал в прошлый раз? Этот был тот самый Вестник? Или другой? Мой предшественник писал, чтобы я немедленно бросился бежать, если замечу «Вестника одного из Них». Значит, у каждого из них был собственный, уникальный Вестник?
На данный момент мне было известно два пришествия последнего. Первое случилось в древнем Королевстве Небеллы. Второе — здесь. Каждый раз Вестник как будто пытался принести наибольшие разрушения, что было немного странно. Ведь обыкновенно порождения кошмара просто следуют своей природе. Они делают именно то, чего ожидают от них простые люди, представители разумной цивилизации, если быть конкретней.
В то же время каждый из Них был несколько чужеродным в этой системе. Дудочка, кролик, запах мяса — все они были неизменны вне зависимости от мира, в котором находились. Они были Владыками. Они возвышались над кошмаром и подчиняли его своей воле.
Как я.
Почти.
