– Муж сам должен был думать, как ему поступать. А больше всех я сама виновата. Никто меня силой доверенности подписывать не заставлял. Сдурила, за что и поплатилась.
– И как же ты потом с Курилкиным спокойно общалась?
– А мы почти и не общались. Вы же знаете, как Курилкин к женскому полу относится. Он от меня шарахался, словно я чумная. Правда, домик по просьбе Лешки для меня в поселке все же присмотрел.
– Да, и еще про этот домик! Зачем он тебе?
– В смысле?
– У тебя ведь есть отличная квартира.
– Там моя подруга живет, – попыталась увильнуть от прямого ответа Светлана.
Но была немедленно уличена во лжи:
– Поселилась после того, как ты в Чудный Уголок перебралась! А зачем?
– Это все идея Лешки, – наконец сдалась Светлана. – Он хотел, чтобы я рядом жила. Его идея, а Курилкин только про домик у вашего Таракана спросил и намекнул, что есть у него одна знакомая, то есть я, которая бы этот домик на время сняла.
– А Горшков сам к Таракану почему не пошел?
– Ему было нужно, чтобы наши с ним имена ничто бы не связывало. Никто в поселке не должен был знать, что мы любовники.
– Почему? Из-за грядущего развода?
– Да, – кивнула Света. – Никто не должен был знать, что у нас с Лешиком любовь. Он ко мне даже ходил с осторожностью. Когда стемнеет, приходил. Да не по улице шел, а, как говорят, огородами, через двор Курилкина. Оттуда ко мне в заборе лаз был сделан. Ну, Курилкин знал о нем. И Лешик пользовался.
– И все эти сложности нужны были только для того, чтобы Горшкову свою репутацию не запятнать?
– Понимаете, жена у Горшкова до того стервозная баба, она бы на все пошла, лишь бы не отдать Лешке кровно им заработанные рублики.
И с уст Светланы полилась поистине удивительная речь. По ее словам, выходило, что Горшков взял свою жену чуть ли не из милости. Взял из жалости, потому что никто другой на старую деву и смотреть не хотел.
– Ни красоты, ни ума, одна корысть и голый расчет! Как Лешка с ней все эти годы мучился, вам и не передать! Только чувство долга и удерживало его рядом с этой вульгарной женщиной. Но даже когда мы с Лешей встречаться начали, он благородно со своей женой поступил. Денег ей дал, дом в Германии купил. Ни в чем ей не отказывал. Только об одном и просил: дай развод! Так что бы вы думали? Эта гадина над ним все это время издевалась! Честное слово, я даже к Курилкину начала в последнее время лучше относиться. Какой бы он ни был ушлый, а ведь с некоторыми дамочками иначе и нельзя никак! Ты им палец в рот, они тебе всю руку по локоть откусят.
Подруги слушали, как Светлана поливает грязью законную супругу Горшкова, но, в конце концов, не выдержали:
– Светка, да ты хоть знаешь, как ты не права!
– Я?! – подпрыгнула чуть ли не до потолка Света. – Я – не права?! Да что вы про эту Анастасию знаете, кроме того что она вам сама про себя рассказала? Она жуткая женщина! Ужасная! Вся в отца своего пошла!
– А что у нее с отцом? Он ведь был бизнесменом, добился богатства, процветания и…
– Да ее папаша первым бандитом во всем Екатеринбурге был! Я ведь тоже оттуда родом. Хорошо папашу Анастасии знаю. Не лично, конечно, но по слухам. Людей он перестрелял в девяностые целую пропасть! Мой отец с ним дел старался не иметь, благодаря этому и цел остался! Но и на него папаша Анастасии наезжать пытался. Богатство он на крови людской заработал! Да вы бы про него получше разузнали. А про его доченьку я вам так скажу: яблочко от яблони недалеко падает!
И, высказавшись, Света замолчала, переводя дух. Подруги тоже молчали. Да, кое в чем Светлана была права. Они приняли слова Анастасии о ее дружеских отношения с мужем за чистую монету без всякой проверки. Они видели, какая Анастасия милая и славная, вот и подумали, что в супружеском разладе виноват супруг. А ведь продемонстрировать незлобивость характера нетрудно даже при минимальном актерском таланте. Учитывая, что общались подруги с Анастасией не так уж долго, женщина вполне была способна на эти несколько часов нацепить на себя маску всепрощающей супруги.
– Могу дать адресок одной женщины, она с папашей Анастасии шуры-муры имела.
– Что?
– Ну, любовница она его.
– Сколько же ей лет?
– Не так уж и много, – ухмыльнулась Света. – Пожалуй, ровесницей Анастасии будет. Папашка Анастасии ее прямо со школьной скамьи к себе взял. Очень он на малолеток падкий был. Жена – мать Анастасии – знала, да поделать ничего не могла. С мужем она спорить не осмеливалась. Норов у него крутой был. Кто ему один раз возразить решился, сразу уже на том свете договаривал.
– Ужас какой!
– И вот у такого человека разве могла родиться и вырасти нормальная дочь? Да никогда в жизни! Анастасия все свои проблемы с помощью убийств и насилия решала. От отца своего научилась.
Подруги переглянулись и решительно сказали:
– Давай адрес любовницы! Ты хорошо эту особу знаешь?
– Про нее весь город знал. Жалели, конечно. Только когда отец Анастасии в Питер с семьей подался, любовницу свою он с собой прихватил. Тут мы с ней случайно на Невском проспекте встретились. Я к ней первая подошла. Очень уж любопытно было, как у нее жизнь сложилась.
– И как?
