- Благодарю, - кивнул мужчина. Он снова смотрел на меня, изучал каждую черту моего лица. Мне стало страшно, что он все-таки узнает кто я такая. Потому скорее схватила чашку с чаем, постаралась отпить и обожгла губы. Вздрогнула и скорее отставила подлый напиток.
- Аккуратнее, айристи, - у мужчины вырвался короткий смешок. Я не поняла, что значит слово, которое он произнес. Может ругательство, а может предостережение на гарском.
Неожиданное прикосновение к коже получилось очень нежным, но настойчивым. Растерявшись, я позволила Ису взять меня за подбородок и повернуть мое лицо к себе.
- Торопливая горная кошечка, - говорил гарай сквозь улыбку. Он поднес большой палец к моим губам и провел по ним едва касаясь. Показалось, что это был не палец, а маленькая льдинка, которая нежно таяла на теплой коже. Через мгновение от ожога на губах не осталось и следа. Ис убрал руки, а я ошарашенно отвернулась.
Сердце вырывалось из груди, дыхание стало рваным, тяжёлым, будто приходилось дышать через плотную ткань. На губах застыло ощущение прикосновения, а перед глазами маячили голубые льдинки.
Что это за наваждение?
Мне нужен лишь один поцелуй и его каффа, а затем бежать. Возвратиться во дворец, дождаться бала, а после него уйти прочь из Алканора.
Но я не двинулась с места.
- А почему он все ещё принц? - вопрос вырвался вопреки здравому смыслу. Собеседник, впрочем, ответил охотно:
- На ледяной престол сейчас шесть претендентов. По нашим обычаям стоило выждать ровно год с момента кончины короля, а после этого провести испытание для кандидатов на престол. Действо начнется в тот день, когда Гутфрид вернётся в Шархам. Думаю, даже этот визит в Алканор он постарается сделать своим козырем в борьбе за престол.
- Шесть равноправных претендентов? Почему так много?
- В шархамских семьях всегда рождается много детей, - пожал плечами Ис. Он коснулся пальцем моей чашки с чаем, и пар прекратил виться над коричневой гладью напитка. Благодарно кивнула и взяла фарфор в руки, обхватив ладошками. Мужчина наблюдал за моими действиями внимательным взглядом и продолжал говорить: - Детская смертность в нашем королевстве высока, потому женщины зачастую рожают по семь-десять раз, а до совершеннолетия доживает два-три ребенка.
- Отчего такая ужасная статистика? - ахнула, испытав настоящий страх. В Алканоре о подобном даже не слышали, оттого и могли позволить себе вырезать матки рабыням. Стоит сделать себе пометку на будущее, что при гараях упоминать о женском здоровье в гареме не стоит, может привести к скандалу. Тем временем Ис отвечал:
- Холод, недостаток солнечного света и питательных веществ. Болезни, которые характерны нашему краю. Причин много. Бывшая королева Шархама была очень сильной и здоровой. Из ее одиннадцати детей выжили шестеро.
- Это ужасно, - я помотала головой, раздумывая. - Вопрос с улучшением питания и медицины можно решить, начав торговать и сотрудничать с другими государствами.
- Именно за этим мы здесь, - кивнул мужчина. - Король Освальд вел тайную переписку с королевой Алканора. Она зарекомендовала себя как умная женщина и готова была заключить союз с Шархамом. Потому принц прибыл в Алканор. До сегодняшнего дня никому даже не было известно о визите, он ехал инкогнито.
- Неужели завтра он появится на балу? - ахнула я. Ответ был ожидаемо положительным.
В голове тут же сам собой сложился план. Я могу не сбегать из города. Я использую снежного принца для того, чтобы убедить баронов, будто это я привела гараев, а с другой королевой они сотрудничать не станут. Так я смогу сохранить и свой титул и своего Леонарда.
Обернулась к собеседнику, чтобы завести разговор о принце, и вдруг застыла. Лицо мужчины оказалось слишком близко. Он склонился ко мне и замер, ища нечто в моих глазах.
- Айристи, - выдохнул он так нежно, что слово отозвалось вибрацией в моем теле. А в следующий момент Ис накрыл мои губы своими.
Это был так неожиданно, что я окаменела, и все вопросы вылетели из головы.
Мысль оттолкнуть нахала промелькнула и исчезла, когда тело внезапно расслабилось, чувствуя как за талию меня нежно обнимают мужские руки. Глаза сами закрылись, а губы поддались на ласку, отвечая. Одна рука Иса осталась на спине, поглаживая и нежно сжимая, вторая двинулась вверх, огладив шею, сбросила капюшон и зарылась в волосы, приятно массируя кожу.
Сама не поняла как мои руки обвили шею гарая.
Муж никогда не целовал меня так: будто путник, измученный жаждой, наконец, припав к роднику, с вожделением и жадностью глотал живительную влагу. Мужские руки обнимали, прижимали к себе, как единственную в целом мире драгоценность, при том так нежно и аккуратно, вроде была я хрустальной.
Вырваться из приятного наваждения удалось не сразу, но все же я отпрянула от мужчины. Взглянула в его растерянные глаза, будто и сам он не осознавал, что делал, и подхватилась на ноги. Опрометью выскочила из чайной и понеслась по ночным улицам нижнего города, даже не беспокоясь о сброшенном капюшоне.