Молодой раб-воин по имени Таш уверен, что после длинной полосы неудач ему наконец-то улыбнулась судьба. Новая хозяйка, которая выкупает его у торговца невольниками и этим спасает от неминуемой смерти, оказывается добра и хороша собой. Однако у любого подарка богов всегда есть обратная сторона. Знакомство с мужем очаровательной владелицы заканчивается обязательством участвовать в тяжелых боях на арене, шансы выжить на которой очень малы. Таш считает, что ему все по плечу, но что если настоящая проблема - вовсе не арена, не муж хозяйки и даже не статус раба, который мешает получить желаемое, а разрушающийся мир? И единственный человек, который мог бы предупредить всех о беде, заперт в отдаленной обители для магов.
Пролог
В обители магов поднялся переполох.
Эртанд обвел взглядом зал для собраний. Просторное помещение с голыми стенами и деревянными стульями использовалось так редко, что маг успел забыть, как оно выглядит. Все объявления настоятель делал на обеде, когда в трапезной собирались двадцать пять насельников обители, или тинатов, как они сами предпочитали себя называть.
Еще одним новшеством стало то, что старшие тинаты сегодня яростно спорили друг с другом. На памяти Эртанда они никогда не позволяли себе подобного при молодых учениках, которые теперь ошарашенно наблюдали за наставниками. А Эртанду было что вспомнить. Из своих двадцати пяти лет он провел в обители пятнадцать и понимал, что вряд ли ему когда-нибудь удастся покинуть ее высокие стены.
Сильнее всех ругались настоятель Вигларт и седой Улланд. Широкоплечий глава обители сидел в высоком кресле и царственно взирал на прыгающего перед ним тощего старичка в линялой мантии. Улланд, к которому младшие тинаты уже много лет обращались за советами, разошелся сегодня не на шутку.
- Мир кончается! - крикнул он. - А ты расселся тут и ничего не делаешь!
- Будешь отрицать очевидное? - спросил Вигларт, подперев щеку ладонью. - Что, на нас небеса обрушились? Солнце почернело? Снег летом выпал? Я, например, его не вижу. А ты?
Ехидство настоятеля вызвало среди насельников смешки. За окнами давно стемнело, но жара до сих пор не сп
Было невозможно сказать, что уже несколько дней, как остановилось Сердце мира. Даже малые дети знали, что его вложил в недра земли сам Создатель, чтобы она жила, дышала и производила на свет потомство. Все до единого пророки древности утверждали, что, когда оно застынет в безмолвии, придет конец света.
И вот, это произошло. Пятые сутки подряд не раздавалось тихого гула в полночь, не позвякивали в трапезной половники и медные чаны, когда земля едва заметно содрогалась в ежедневном пульсе. Единственные механические часы в холле сбились - растерянные насельники забывали, что нужно их настроить. Извечный ориентир - Сердце мира - теперь молчало.
Однако с королевством ничего не случилось. Так, по крайней мере, казалось большинству магов в обители.
Улланд тряхнул кулаком.
- Остановка Сердца повлияла на все сущности, на которых держится мир. На нашу магию!
- На
Лицо старика опасно покраснело.
- Да как ты смеешь...
- Смею, - прервал Вигларт. - Не только по праву настоятеля этой обители, о чем ты, судя по всему, забыл, но и по праву глашатая королевской воли. Несколько часов назад мне доставили письма из столицы, - он показал Улланду тубус со свитком. - Все ошибаются, и легендам тоже не стоит верить. Писцы королевской библиотеки нашли в старинных документах свидетельства того, что Сердце мира билось не всегда. Это артефакт. Создал его по причине, ясной одному лишь ему, Айгар Безумец. Такой же маг, как и мы. Церковь эти сведения официально признала. Наступит ли теперь конец света? Очевидно: нет.
- Вранье!
Но среди магов начались шепотки. Ученики, самому старшему из которых исполнилось четырнадцать, расслабленно вздохнули. Конца света не будет. Завтра можно опять трескать клубнику с грядок и ни о чем не беспокоиться, кроме невыученных уроков.
Эртанд кашлянул.
- Глава Вигларт, разрешите обратиться?
- Говори.
- Улланд прав. Что-то изменилось.
Настоятель утомленно отвернулся к окну. Эртанд уставился на его бритый затылок с вытатуированным глазом. Знак того, что глава видит все, даже когда не смотрит на подчиненных.
- Ты сегодня зачаровывал рабские ошейники, так ведь? Устал, наверное.
Эртанд кивнул, не вполне понимая, к чему клонит настоятель. Это правда, на работу он потратил весь день и едва мог высидеть на собрании. Наты - волшебные иероглифы, менявшие свойства вещей, - на обручах для рабов считались одними из самых сложных. Кроме него выполнить рисунки без ошибок и наполнить их силой мог только Улланд, но если старик за час делал по десятку ошейников, то Эртанд всего по два-три.
- Что-то изменилось в ошейниках? - продолжал допрашивать Вигларт. - Ты их плохо зачаровал? А что со старыми - рабы вдруг перестали подчиняться и подняли восстание? А зачарованные на остроту ножи - они что, все разом затупились? Нет? Ничего не изменилось, Эртанд. Вы устали и испуганы, вот и все. Поэтому я вас и собрал, чтобы объявить о королевском решении. Нечего бояться.
- Изменились не вещи, неуч!
