-Добрая ты... Жалеешь всех, даже кого не стоило бы- скривившись от сцены материнской заботы, выдал Святослав- Сказать, что эта милая девочка сделала? О, она всего лишь пыталась убить меня. Не сама, естественно, - его глаза удовлетворенно зажглись, когда он услышал тихий возглас удивления Татьяны Филипповны- Спуталась с моими конкурентами. Я только чудом остался жив- он хмыкнул- Она вообще много с кем путалась. Давай, расскажи своей защитнице- бросил он мне- как отдавалась всем и каждому за наркоту. Сколько там тебя в последний раз имело? Пятеро?
В тишине, повисшей после этих слов, стук моего сердца раздавался набатом. Что он говорит?! Как...Неужели это- я? Я не помнила о себе почти всего, но каким-то внутренним чутьем понимала - я не могла. Не могла так поступить, это противоречило моей натуре! Но он говорил так убедительно, глаза его горели такой решимостью, что невольно я задумалась на мгновение - а вдруг всё это- правда.
-Если вы сейчас поможете ей бежать - вы убьете ее своими руками- уже спокойнее, мягче говорил он- Ей нужно пройти курс от наркозависимости, реабилитацию. А до этого...она будет как одержимая дьяволом пытаться обмануть вас, перетянуть на свою сторону- всё лишь бы оказаться на свободе, а там....От нашей стойкости зависит ее жизнь.
Я перевела взгляд на пожилую женщину, увидев, что она ...поверила. Поверила! Это было ясно по той жалости, с которой она смотрела теперь на меня.
-Хорошо,- наконец сдавленно выдала она - я не спущу с неё глаз.
Святослав печально кивнул, вжившись в роль заботливого дядюшки. Но что-то подсказывало мне- это не так!
Насладившись произведенным впечатлением, мужчина повернулся, спускаясь вниз:
-Она должна быть готова через два часа. Мы уезжаем, соберите её вещи- бросил он, не оборачиваясь.
Я же тихо зарыдала, не в силах поверить услышанному. Поднимать взгляд на экономку мне было до боли стыдно...Неужели....Неужели все его слова- правда!?
Hate us
Валерия:
-Ничего, ничего- Татьяна Филипповна расчесывала меня словно маленького ребенка- вылечат тебя вот, на свадьбе твоей погуляем ещё! У меня - вздохнув, она присела рядом- брат помер так. Алкоголь, чтоб его. Он же лечился, кодировали- ничего не помогало. Месяц максимум- и сорвался. Жену свою бил, если запирать хотела его. Горячка белая началась. Бросался с ножом на Жанку, это сноху мою, значит - каким-то чудищем она ему показалась. Хорошо, соседи услышали, прибежали, спасли. И помер так - на пьянке одной... остановилось сердце...- она замолчала, глотая слёзы.
Почему-то я из всего монолога выудила лишь фразу " остановилось сердце", многократно перекатывая её в мозгу. Почему она такая знакомая? Будто со мной связана?
И наркомания? Будь я действительно наркоманкой- разве не мучилась бы от болей сразу, только придя в себя? Когда-то я читала, что даже нечастные младенцы, родившиеся от матерей, употреблявших во время беременности, сразу же испытывают ломку, и врачи вынуждены вводить им то ли обезболивающие, то ли - минимальнейшие дозы сильных препаратов. Не помню деталей, но вот эта несправедливость, что маленькое чудо, кроха, мучается из-за слабости и эгоизма матери, прочно засело в мозгу.
Я нервно усмехнулась- мой мозг был сейчас похож на коробку с детскими сокровищами. Куча ненужного хлама и мелочей, но ничего важного, стоящего. Кто я, как жила раньше, кем была? Обо всем этом я, увы, ничего не помнила.
-Ты...-Татьяна Филлиповна покраснела как девочка - не бери в голову, что тут...Ну, про жизнь твою бывшую - а кто не без греха. Главное, чтобы ты хотела все заново начать. С чистого листа. Сейчас вот вещи соберем, поешь...Подлечишься поедешь...
Время неумолимо приближалось, а я не знала, что мне делать. То, что здесь мне никто не придет на помощь, ясно стало еще после сцены на улице. Но и уезжать с этим ненормальным нельзя...
И тут, ответом на мои молитвы, стал телефон экономки, забытый ею на тумбочке. На нем она недавно показывала мне брата - фото, переснятые на телефон со старых черно-белых фотографий. Пока Татьяна Филипповна копошилась в шкафу, что находился в небольшой нише, я не могла упустить момент.
-Я в ванную - как можно громче сказала. Зайдя в ванную комнату, погромче включила воду, нажала на кнопку смыва унитаза для шума- и набрала заветные цифры, 112. Оператор, вежливая девушка, выслушав, сразу же записала адрес ( о, его я выучила наизусть в первые дни здесь, выспросив у персонала), и сказала ожидать наряд.
Выскочив из ванной, вернула телефон на место- пожилая женщина все ещё суетилась у гардеробной, перебирая мой не особо богатый запас новой одежды, явно купленной мне этим безумцем.
Как заведённая я то вставала выглянуть в окно, делая вид, что помогаю в сборе вещей, то нервно косилась на дверь- вдруг Святослав придет за мной раньше. И тогда надежды на спасение нет.
