Джиад смущенно обозвала себя дурой. Она действительно просила Санлию осмотреть Лилайна и перевязать при необходимости, но совсем не подумала, что после этого алахасца придется выпроваживать. Собственно, она рассчитывала, что Санлия осмотрит Карраса, а потом вместе с Джиад вернется к себе в комнату, куда пригласят Алестара и суаланца. Вот что теперь делать? Как же неловко…
— Вам не стоит пока вставать, — мягко, но решительно сказала Санлия, покачав головой. — Я бы не хотела беспокоить кого-то своими личными делами, но в разговоре, который произойдет, нет ничего секретного. Я бы предпочла побыстрее покончить с этим.
— Тогда я пошлю за этим… — Алестар явно проглотил что-то очень нелестное и потянулся к рычагу вызова слуг. — А ты пока можешь заняться вот им.
Он указал взглядом на Карраса, и Санлия кивнула. Опустившись на постель рядом с Лилайном, она дождалась, пока алахасец стянул рубашку и вгляделась в то место, где была рана. Джиад тоже подплыла ближе, пытаясь поймать взгляд Лилайна, но это почему-то не получалось. Неужели оскорбился? Собственная обида глухо и неприятно ворохнулась в глубине души. Отогнав ее, Джиад нащупала пальцы здоровой руки Лилайна и пожала их, почувствовав пожатие в ответ. Глянула на обнаженное плечо, над которым колдовала Санлия, осторожными умелыми движениями прощупывая мышцы.
Алестар совершил очередное чудо, раны больше не было, на ее месте бугрился свежий розовый шрам, похожий то ли на чернильную кляксу, расплывшуюся по коже, то ли на раскинувшего щупальца маару. И снова теплая благодарность затопила Джиад изнутри.
— Здесь не больно? — спросила Санлия, нажимая на теле Лилайна точки, хорошо известные и самой Джиад.
Алахасец покачал головой и наконец-то посмотрел Джиад в лицо. Взгляд у него был совершенно непроницаемый.
— Все хорошо, — негромко сказала суаланка. — Искусство тир-на Алестара поистине превосходно. Я только посоветовала бы разминать мышцы хотя бы неделю, чтобы восстановить правильный кровоток. Если каи-на Джиад пожелает, я с радостью помогла бы в этом.
— Да, конечно, — откликнулась Джиад, сама не понимая, почему соглашается.
Размять плечо — с этим она с легкостью справилась бы и сама, всех Стражей учат основам массажа. Но Санлии хочется почувствовать себя нужной, и в этом Джиад ее прекрасно понимала. А Лилайну будет полезно понять, что не все иреназе одинаковы.
Каррас как раз успел снова натянуть рубашку, как в дверь постучали, и вплыл хмурый Риалас, недоуменно оглядевший собравшихся. Пожалуй, Джиад понимала его удивление. Суаланец наверняка рассчитывал остаться с Санлией наедине.
— Ваше величество, — церемонно поклонился он Алестару, и рыжий кивнул в ответ, умудрившись даже в такое короткое движение вложить холодную неприязнь. — Я не думал, что мой разговор с… ири-на Санлией касается стольких лиц.
Он не назвал ее бывшей супругой! Сказал вежливо, как о едва знакомой, и Джиад с нарастающим гневом увидела, как закаменело тонкое, словно вычеканенное из темного золота лицо Санлии.
— В прошлый раз вам это ничуть не мешало, — с ядовитой учтивостью отозвался Алестар. — Ири-на Санлия сама попросила о нашем присутствии. Так что разговор состоится на ее условиях либо не состоится вообще.
Джиад глубоко вдохнула и выдохнула, отгоняя вредную сейчас злость. Она должна сохранять хладнокровие ради Санлии, которая нуждается в поддержке. Да и вообще стоит усмирить чувства, что-то они в последнее время разошлись. Она Страж, а не томная девица с дурным норовом.
Поэтому она оглядела комнату как Страж, отметив, что между суаланцем и Санлией словно пролегла невидимая граница. С одной стороны гордо выпрямился Риалас, едва шевеля хвостом, чтобы держаться в воде, с другой — оказались Джиад и Лилайн, сидящие на кровати, замершая возле нее Санлия и, немного поодаль, Алестар. Во взгляде рыжего читалось тоскливое желание сделать с послом что-нибудь очень неприличное для короля, но как же Джиад его понимала. У самой кулаки чесались, хотя Стражу это тем более непозволительно. Лилайн смотрел на происходящее молча, и Джиад пожалела, что не рассказала ему историю Санлии раньше. Но ведь это была не ее тайна.
— Как скажете, — бросил Риалас и немного подался вперед. — Санлия…
Бывшая наложница тоже чуть-чуть проплыла, оказавшись немного ближе к нему, но потом остановилась и посмотрела в лицо Риаласу с ясной спокойной прямотой.
— Они говорят, — продолжил суаланец, вглядываясь в нее, — что ты не писала мне никакого письма. Что не отказывалась от нашего брака. Что осталась в Акаланте, потому что не могла вернуться в Суалану. Сан… Они говорят, что это я в письме отказался от тебя! Ты… в самом деле так думаешь?
— Да, — негромко уронила Санлия, но в наступившей тишине это прозвучало со смертельной ясностью. — Каи-на Джиад рассказала мне. Я действительно получила от тебя письмо. Ты писал, что не можешь любить женщину, оскверненную насилием. И что найдешь себе другую супругу, чистую…
