— Ну, один раз он пришел на улицу Керзона — я тогда была наверху и видела его внизу в гостиной. Мне было немного любопытно, вы понимаете, я же знала, как у них… з-э… обстоят дела, — Мейсон осторожно кашлянула.
— А в другой раз?
— Я гуляла в парке с Анни — с одной из горничных, сэр, и она показала мне хозяина, который прогуливался с какой-то иностранкой.
Пуаро опять кивнул.
— А теперь послушайте, Мейсон. Человек, которого вы видели в вагоне на Лионском вокзале разговаривавшим с вашей хозяйкой, откуда вы знаете, что это не был ваш хозяин?
— Хозяин, сэр? О, не думаю, что там мог быть и он.
— Но вы не уверены? — настаивал Пуаро.
— Ну… я об этом не подумала, сэр.
Мейсон явно была расстроена.
— Вы же слышали, что ваш хозяин тоже ехал в «Голубом поезде». Разве не естественно было бы, если бы он зашел проведать жену?
— Но джентльмен, который разговаривал с хозяйкой, пришел с улицы. Он был одет по-уличному — в пальто и шляпе.
— Это так, мадемуазель, но подумайте немножко: поезд только что пришел на Лионский вокзал, многие пассажиры прогуливались по перрону, ваша хозяйка тоже собиралась и, несомненно, надела меховое пальто, не так ли?
— Да, сэр, — согласилась Мейсон.
— Значит, и ваш хозяин тоже оделся. Поезд отапливался, но на улице было холодно, он надел пальто и шляпу и прогуливался по платформе. Заглянув в одно из освещенных окон, он внезапно видит мадам Кеттеринг. А ведь он понятия не имел, что жена тоже в поезде: естественно, он входит в вагон и идет в ее купе. Мадам удивленно вскрикивает, увидев его, и быстро закрывает дверь, соединяющую ваши купе, поскольку, вполне возможно, их разговор будет носить личный характер.
Пуаро откинулся на спинку стула и стал наблюдать. Никто не знал лучше Эркюля Пуаро, что таких людей, как Мейсон, нельзя торопить. Ей нужно было дать время отбросить мысль, в которую она уже поверила. Наконец, минуты через три, она заговорила:
— Конечно, сэр, могло быть и так. Просто я прежде не задумывалась… Хозяин тоже высокий и смуглый и точно так же сложен. Да, это мог быть хозяин. Но я не могу точно сказать: он или граф де ля Рош был в поезде.
— Большое спасибо, мадемуазель. Вы свободны. О, еще один момент, — Пуаро достал из кармана портсигар, который уже показывал Кэтрин. — Это портсигар вашей хозяйки? — спросил он.
Мейсон внезапно опешила. Было видно, что она напряженно думает.
— Ну и как? — ободрил ее Пуаро.
— Мне кажется, сэр, я не уверена, но мне кажется, что это портсигар, который хозяйка купила, чтобы подарить хозяину.
— Ага, — уклончиво сказал Пуаро.
— Но я, конечно, не знаю, подарила она его или нет.
— Отлично, — сказал Пуаро, — отлично. Теперь, я думаю, все, мадемуазель. До свидания.
Ада Мейсон тихо вышла, осторожно прикрыв дверь.
Пуаро посмотрел на Ван Алдена, пряча улыбку. Миллионер, казалось, громом поражен.
— Так вы думаете… вы думаете, это был Дерек? — заговорил он. — Но ведь факты свидетельствуют о другом. В конце концов, граф был пойман с поличным — у него нашли драгоценности.
— Нет.
— Но вы сказали мне…
— Что я вам сказал?
— Вы рассказали историю о драгоценностях. Вы мне их показали.
— Нет.
— Вы хотите сказать, что не показывали?
— Не показывал.
— Вчера — на теннисе?
— Да.
— Месье Пуаро, кто из нас сошел с ума?
— Никто, — ответил детектив. — Вы задаете мне вопросы — я отвечаю. Вы спрашиваете, показывал ли я вам вчера рубины, я отвечаю — нет. То, что я вам показывал, месье Ван Алден, было первоклассной подделкой, отличить одно от другого может только эксперт.
Миллионеру понадобилось несколько минут, чтобы осознать услышанное. Он ошеломленно смотрел на Пуаро. Маленький бельгиец несколько раз кивнул.
— Да, — сказал он, — факты несколько меняют дело, не так ли?
— Совершенно невероятно!
Ван Алден наклонился вперед.
— И вы все время на это намекали? Вы никогда не верили, что граф де ля Рош — убийца?
— Никогда, — спокойно ответил Пуаро, — я ведь уже говорил вам. Ограбление, сопряженное с насилием и убийством, — он энергично покачал головой, — нет, такое трудно себе представить, не похоже на графа де ля Рош.
— Но он же хотел украсть рубины?
— Конечно, не может быть никакого сомнения. Давайте я расскажу, как я все это себе представляю. Граф узнал о рубинах и составил план. Он придумал романтическую сказку о книге, которую пишет, для того, чтобы ваша дочь взяла камни с собой. Он достал отличные копии камней. По-моему, совершенно ясно, что он собирался делать. Мадам — ваша дочь — не эксперт по драгоценностям, прошло бы много времени, прежде чем она обнаружила бы, что произошло. А когда она узнала бы, сомневаюсь, что стала бы преследовать графа. Слишком многое всплыло бы: у него ведь, наверное, оказались бы некоторые ее письма. Вполне безопасный для графа план — он, наверное, уже пользовался этим приемом.
— Да, — задумчиво сказал Ван Алден, — наверное, так и было.
— Это похоже на графа де ля Рош, — сказал Пуаро.
— Да, но теперь… — Ван Алден с надеждой посмотрел на собеседника. — Что же произошло на самом деле? Объясните мне, месье Пуаро.
