- А если она заметит?-спросила я шепотом, подкравшись к нему сзади.
- Но ведь не замечает!-с восторгом прошипел довольный до невозможности старикашка.-Я великий вор!
- Нашел чем гордиться! Идем во двор, великий вор, надо поговорить,-сказала я очень тихо и состроила весьма многозначительную гримасу.
Агриппа поклялся, что будет испытывать самые страшные муки в подземном царстве мертвых, если хоть кому-нибудь разболтает о нашем замысле. Но я все еще сомневалась, можно ли на него положиться. Сейчас он играет в тайну, а что если захочет поиграть в правдивость? Кто его знает…
- Я хочу, чтоб ты понял одно,-вполне нешуточно заявила ему я,-если узнают о нашей затее, тебе - ничего не будет. Ты отец хозяина. А мне достанется по первое число. Я уже знаю, что такое наказание плеткой. Понимаешь меня?
- Ты кое-что забыла,-с детской серьезностью и недовольством заметил Агриппа.-Хозяин здесь - я! А не мой сын!
- Тогда почему мы должны разрабатывать план побега? Почему бы просто и спокойно, с твоего хозяйского позволения, не спуститься со скалы на лифте?
- На чем?
- Не важно! Почему ты просто не отпустишь меня?
Лицо старика вытянулось в обиженной гримасе. Он казался слегка удивленным и разочарованным.
- Ты хочешь меня бросить, Скубилар?
- Нет! Но пойми, друг мой, ты - свободен! А я? Ты видел это?-Я повернулась к нему спиной и задрала рукав, оголяя свое невольничье клеймо.-Я дэшу!
- Я тоже несвободен!-занервничал Агриппа.-Мой сын не разрешает мне спускаться с Леранья - Рес. Я здесь как взаперти, как невольник!
- Отец!?- послышался вдруг удивленный голос, от которого я вздрогнула. Это был голос Марка.
Даже не оглянувшись, я метнулась в сторону и, скрывшись за углом барака, припустила подальше от них. Боги, как же глупо! И умчалась сломя голову, испугавшись и не совсем поняв, почему. Моя работа снова стала казаться мне очень важной. Я лихорадочно принялась натирать мелом серебряный динос для умывания.
Только бы Агриппа не упоминал обо мне. Только бы Сагдор не решил, что я в чем-то провинилась и поэтому сбежала. Пусть лучше позаботится о своем отце и выяснит, почему свободный старик считает себя невольником в собственном поместье.
Я напрасно переживала. Марк был так удивлен последними словами своего отца, что совершенно не заметил меня. По крайней мере, так мне сказал Агриппа.
- Как только твой сын уедет, мы начнем строительство,-сказала я ему.-И обещаю, что возьму тебя с собой.
- На Самарьяр?
- Да.
- Птица, которую ты построишь, доставит нас прямо туда?
- Это было бы здорово. Но боюсь, что она лишь поможет нам спуститься со скалы и пролететь несколько стадий, избежав погони.
Я понимала, что старик станет мне обузой и может не выдержать тяжелого пути, но обещанье есть обещанье. И потом без него мне ни за что не раздобыть необходимые для строительства материалы. И даже если кто-нибудь обнаружит нашу птицу, то можно будет свалить все на выдумки сумасшедшего старика. Это никого не удивит и, главное, отведет от меня любые подозрения. Да и бдительного Эктора здесь, слава богам, нет. Лучшего прикрытия для подготовки побега мне было не найти. Какой никакой, а Агриппа все же хозяин. При случае он может и заступиться за меня, и замолвить словечко. По крайней мере, с ним я не рисковала быть съеденной, в отличие от прошлого, общего с монстрами, плана побега.
Дни летели в суете и трудах почти незаметно. Мне и другим рабам приходилось так много работать, обслуживая огромную ватагу чужаков, что некогда было подумать или помечтать о чем-то ином, кроме долгого и спокойного сна. Я снова была при кухне целыми днями, а отчасти и ночами, надраивала медную, глиняную и серебряную посуду. Потом я уходила в барак и, упав ничком в набитый травами матрас, видела сны о том, как на своей белокрылой птице пролетаю над полями, которые обрабатывают краснофигурные рабы, и морями, по которым проплывают медные корабли с матросами в серебряных туниках.
В те редкие моменты, когда мне приходилось заходить на хозяйскую половину подворья, я старалась избегать встречи с Марком или кем-то из охотников, которые собирались меня тогда прикончить. Благо, что они так были заняты своими подругами, возлияниями и чревоугодием, что не обращали никакое внимание на проходящих мимо. Только однажды я почувствовала чей-то внимательный взгляд и остановилась в неприятном предчувствии. Обернувшись в предполагаемом направлении, я посмотрела вверх, на балкон, выходивший из покоев рифин, и на мгновенье застыла. Там стоял Сагдор и внимательно рассматривал именно меня, хотя рабов и рабынь было во дворе несколько. Я тут же вспомнила его последние слова обо мне:
"Бигару? Это интересно". Только бы ему, как и Эктору не пришло в голову проверять меня на прочность и верность. А значит, стоило держаться в стороне от Марка. Воспользовавшись тем, что мимо проехала повозка, на несколько мгновений скрывшая меня от глаз хозяина, я юркнула в арку, которая вела на рабочее подворье, и снова трусливо умчалась.
