Воронка изогнулась, закрутилась и взмыла широким концом вверх, а узким касаясь пола. Довольно улыбнувшись, получив подтверждение о малом приложении силы, я окончательно уяснила полезность подобного соединения заклинаний.
— Теперь будем тренировать концентрацию. Твоя задача удержать воронку, что бы я ни делал, — заметил мужчина, и я кивнула.
Почувствовав, как по ногам ударил сильный поток воздуха, с трудом устояла, но водный вихрь даже не пошатнулся. Дальнейшие минут десять ознаменовались различными ударами, но я на них никак не отреагировала, как и заклинание.
— Удерживай, — повторил страж, заходя мне за спину.
Я напряглась и не ошиблась. Почувствовав горячее дыхание на шее, я начала нервничать. Воронка дрогнула и едва не распалась. Понадобилось много сил, чтобы удержать плетение. Когда все восстановилось, я посмотрела на результат и осталась довольна. Четкие линии, затаенная мощь, которая не вырывалась на свободу потому, что я не велела.
— Какая сила, — вновь сказал господин Эйнар. — Так хочется выпустить ее на волю, полюбоваться разрушениями, насладиться буйством стихии. Не так ли?
— Это следующее задание? — уточнила я.
— Нет. — Вкрадчивый голос вновь обволакивал и лишал спокойствия. — Задача прежняя. Тебе необходимо удержать заклинание, несмотря ни на что.
Быстро посмотрев на мужчину, я поняла: сейчас произойдет что-то, из-за чего можно потерять концентрацию. Сосредоточившись на воронке, я планировала оставаться спокойной. Но желания часто расходятся с реальностью…
Почувствовав, как рука мужчины коснулась плеча, я вздрогнула, но заклинание удержала. Когда пальцы погладили спину, медленно спускаясь вниз, задрожала, а водный вихрь увеличился в диаметре и закрутился еще быстрее.
— Верни все в норму. — Голос доносился откуда-то издалека, а может, у меня просто отчаянно билось сердце, отдаваясь в ушах набатом.
Я словно оказалась на большой глубине, где даже русалкам тяжело находиться. Толща воды давит, лишает слуха и зрения, зато усиливает ощущения. Продолжая чувствовать ладонь, которая поглаживала мне спину, запаниковала. Возникло ощущение, что на мне и вовсе нет одежды. Никогда не ощущала подобного.
— Что вы делаете? — растерянно прошептала я.
От спокойствия не осталось и следа. По позвоночнику пробежала горячая волна, в голове зашумело с новой силой, и я ни о чем не могла думать, кроме как о мужских пальцах, продолжавших ласкать тело сквозь одежду, сводя меня с ума.
— Удерживай, — резко приказал страж.
Как же я ненавидела его в этот момент! Ненавидела и понимала, что вот он не отвлечется из-за какого-то прикосновения. А я… Магистр прав, мне необходимо любыми путями сохранять концентрацию. Во время отборочных соревнований, да и просто в жизни может произойти все что угодно…
Прикусив губу, чтобы боль прогнала туман из головы, я восстановила воронку.
— Прекрасно, — прошептал господин Эйнар.
Только я собралась выдохнуть с облегчением, как почувствовала, что мужские руки легли мне на бедра.
Это было слишком! Резко развернувшись, я забыла про все. Воронка распалась в ту же секунду, обрушив на нас огромную массу воды. От ее тяжести я не удержалась и рухнула на пол, машинально прикрыв руками голову. Никогда еще ничего подобного не происходило со мной! Не удержать заклинание, которое сама же и создала! Даже когда у меня только открылся дар, я… Чувство обиды затопило все внутри, вытеснив злость на стража. Случилось именно то, о чем меня предупреждали. Я не способна удерживать концентрацию. И о каком соревновании можно говорить?
Обняв колени руками, я уткнулась в них лицом. Встать и посмотреть в лицо господину Эйнару я не могла. Увидеть насмешку или, что еще хуже, разочарование и презрение? После того как заявила, что лучше и сильнее всех? Хотелось плакать, но слез не было. Только дикая опустошенность, нескончаемый стыд и разочарование в самой себе.
Почувствовав руку на своем плече, нервно им дернула, продолжая упиваться жалостью к себе.
— Селеста?
Голос был мягкий, в нем звучало сочувствие, и это меня разозлило. Подняв голову, я посмотрела на мужчину. Он не насмехался, наоборот… В какой-то момент мне показалось, что я вижу жалость… Осознание этого и привело меня в норму. Больше всего на свете я ненавидела жалость, считая ее самым худшим из чувств. И увидеть ее в мужчине, силой и могуществом которого восхищалась, перевести отношения в плоскость взрослого и ребенка? Ни за что на свете!
От протянутой руки я отказалась, медленно поднялась и привела себя в порядок, используя формулу Сервия. Пришлось переплести косу, поправить одежду. Все это время господин Эйнар молча наблюдал за мной. Пристально, изучающе, с непонятным ожиданием. Я старалась не обращать на это внимания, пользуясь появившимся временем, чтобы успокоить нервы и окончательно принять решение. Я боялась неприятной для меня реакции стража на мысль, пришедшую мне в голову, но другого выхода не видела.
— Закончила? — уточнил он, когда я последний раз огладила тунику и сделала несколько глубоких вдохов и выдохов.
