— Не будем медлить, Арамир, — кивнул магистр. — И знаешь… Твоя сестра, Полина, она сейчас в Хандраш. У девушки обнаружились сильные целительские способности. Ты можешь ею гордиться! Так же, как она наверняка гордится тобой.
Стужа на миг пропала из глаз парня, и они стали ярко-голубыми и лучистыми, а лицо озарилось улыбкой. Но уже через минуту изморозь вновь оплела виски.
— Спасибо, — прошептал юноша и резко повернулся, шагнул вперед. — Поторопимся.
Они двинулись сквозь тесное и затхлое нутро подземелья, почти задевая плечами стены и пачкая ладони. Кое-где приходилось даже протискиваться боком, настолько мало места было в проходе.
— Это потайной ход внутри дворца, — прохрипел Арамир. С его ростом и широкими плечами ему приходилось проталкивать себя между стен. — Повезло, что меня никто не контролирует. Лиария думает, что ее игрушки полностью подчинены. Я видел, как королева открывает дверь, и запомнил. Этот дворец лишь сверху хрустальный и блестящий, а внутри изрыт ходами и тайниками, словно муравейник. Если я все понял правильно… Этот ход приведет нас к верхнему ярусу.
— Там есть стража? — Лерой брезгливо отдернул ногу от какого-то месива — кажется, тут сдохло животное. Может, крыса? Хотя останки размером с собаку. Не хотелось бы повстречать живых собратьев этого трупа!
— Да, и я постараюсь их отвлечь. Вам надо подняться на башню, магистр.
— Я смогу. — Наклонный пандус, по которому они шли, резко пошел вверх, и Лерой подобрал подол.
Какое-то время шли молча, чтобы сберечь силы и дыхание, потому что пробираться по туннелю становилось все сложнее. Два раза пришлось ползти на брюхе, ощущая себя сожранным каким-то животным и блуждающим по его кишкам. Но наверху стало легче, проход расширился, и Светлые вздохнули свободнее.
— Здесь выход. — Арамир остановился у низкой двери и крепче сжал клинок, что все время держал в руке. Погасил факел. — Да пребудет с нами Искра, магистр, — прошептал он, выбивая створку.
Лерой выскочил, развел руки, готовясь выпустить ар-нори, но на галерее никого не оказалось. Переведя дыхание и успокоив мечущееся сердце, он повернулся к Арамиру и застыл. Парень стоял, сжав виски ладонями, снежный рисунок оплетал его лицо почти полностью.
— Нам туда, — сквозь зубы прошептал он, встряхиваясь.
Озираясь и прислушиваясь, Светлые бросились по галерее к хрустальной лестнице, что высилась в центре. Лерой старался не вертеть головой, хотя от величия и холодной красоты этого места замирало сердце. Здесь не было потолка, только стены — полупрозрачные, дымные, внутри которых текли прожилки багровой крови. Словно сам этот дворец был живым — дышащим и мыслящим, с насмешкой наблюдающим за людишками, бегущими мимо.
Магистр потряс головой, выбрасывая эти мысли. Переход оказался огромным, он успел запыхаться, пока они добрались до лестницы.
— Вам наверх, — указал Арамир.
— А ты?
— Я не могу. Тьма не пускает, — прошипел парень. — Я пытался. Но, видимо, те, в ком есть Тьма или кого связывает кровная нить, не могут туда пройти без зова королевы. У вас же должно получиться, магистр Лерой! Должно!
Последние слова он почти выкрикнул, и маг не удержался, порывисто шагнул к парню и на миг обнял.
— Ты молодец, Арамир Отважное Сердце и Светлый Разум. И от имени Хандраш я даю тебе эти имена.
— Благодарю, магистр Лерой, — прошептал парень. — Это честь для меня и моего рода.
— Это для меня честь познакомиться с тобой, — тихо ответил маг и поставил ногу на первую ступеньку. — Честь для всего ковена Искры.
Он отодвинулся от парня в тот момент, когда замок тряхнуло первый раз. Арамир вскинулся, оборачиваясь:
— Что это?!
И тут дворец затрясся с удвоенной силой, а внутри резко похолодало.
— Грани пространств! — выкрикнул Лерой. — Грани соприкоснулись! Помоги нам Боги! Началось…
Он развернулся и рванул к лестнице в тот момент, когда на галерее появились стражи. Похоже, их все-таки заметили. Арамир с недоброй улыбкой поднял свой клинок, а Лерой ступил на хрусталь. Прощаться с парнем он не стал: перед боем прощаться не принято. Он просто сделал первый шаг…
И галерея пропала, ее затянуло темнотой так, что больше Лерой не видел и не слышал Арамира и стражей дворца. Теперь он смотрел лишь наверх, туда, откуда лился багровый свет.
Первые три ступеньки он одолел легко, а вот на четвертой началось.
Сначала навалился страх. Жуткий, темный, бесконечный… Лерой трясся от ужаса, покрывался потом и скрипел зубами, он никогда в жизни не боялся сильнее и глубиннее. Все его нутро восставало против шагов по этой лестнице. Хотелось упасть, сжаться в комок и зарыдать, как в детстве! И чтобы поднять ногу, пришлось приложить неимоверное усилие! Он вызывал перед глазами лицо Сейны, но она отворачивалась.
Снова шаг.
Злоба. Жуткая, дикая, отравляющая, словно яд. Он злился на всех: на Аллариса, что отвернулся от Лероя и не смог понять. Сейну, что не смогла выбраться из плена своей сестры. На дочерей. Почему они погибли? Почему оказались так слабы, что позволили себя убить? Почему? Они все предатели, все! И он злился дико, трясясь от этого разъедающего чувства!
Ноги словно каменные.
