Не удержавшись, я снимаю перчатку и касаюсь его перепутанных волос кончиками пальцев. Просто хочу удостовериться, что он человек из плоти и крови. Пряди оказываются мягкими, как я и ожидала. Макс хмурится и я резко одергиваю руку. Сердце колотится о ребра и я напряженно жду, когда он откроет глаза. Но ничего не происходит. Его дыхание всё такое же ровное и глубокое. Подождав минуту, я подползаю к почти потухшему очагу и подбрасываю несколько веток в угли. Огонь медленно разгорается.
Стараясь не шуметь, я нахожу клубок самодельной веревки и осторожно выбираюсь наружу, не взглянув на Макса.
Я решаю поставить силки, раннее утро самое время для охоты. Мне и раньше приходилось это делать. Вместе с отцом. Иногда у нас получалось поймать тощего грызуна, но здесь водится живность покрупнее…
Мы давно не ели нормальной еды, не считая шоколадных батончиков и кукурузных хлопьев.
Я удаляюсь от убежища всё дальше. Снег хрустит под ногами и ветер завывает среди высоких деревьев. От морозного воздуха, я стучу зубами и мне приходится натянуть шапку поглубже на уши.
Какая-то часть меня хочет вернуться обратно, но мне нужно раздобыть еду. Нам нужны силы.
Внутри меня щемит знакомое чувство, где были «мы» вместо «я», но я опять отгоняю его от себя, представляя лицо Самары. Моя сестра со мной. Во мне. В моей груди. Она часть меня. Я должна думать о ней.
Серые сумерки утра больше напоминают ночь, но я упрямо двигаюсь вперед, запоминая ориентиры.
С сосновых веток сыпется снег, заставляя меня приглушенно чертыхаться. Я прислушиваюсь к посторонним звукам и смотрю под ноги. И вдруг замечаю на белоснежном ковре отчетливые следы лап. Мелкие комочки снега разбросаны по сторонам. Я наклоняюсь и осторожно поддеваю его перчатками.
У меня учащается дыхание. Я быстро разматываю веревку и делаю петлю с одной стороны, а с другой двойной узел, в точности, как учил меня отец. Привязав ее к дереву, я нахожу две палки и втыкаю их в снег.
От напряжения, я даже не чувствую холода и почти не дышу. Установив силки, я удаляюсь от ловушки и решаю спрятаться неподалеку. Я очень надеюсь, что мой запах не спугнет животное. Я забираюсь под самый пышный куст, покрытый желтой листвой, земля под ним холодная, но снега почти нет.
Ветки цепляются за мои волосы, но меня это не останавливает, я забираюсь всё глубже, пока полностью не скрываюсь под густой кроной. Остается только ждать, когда ловушка сработает.
Подтягиваю колени к груди и зарываюсь носом в шарф, чувствуя себя с каждой минутой глыбой льда. Я достаю из кармана половинку шоколадного батончика и кладу кусочек на язык. От сладости у меня кружится голова и я позволяю себе эту маленькую слабость.
Незаметно рассветает и зловещие тени высоких деревьев уже не кажутся мне такими страшными. Но что-то в окружающей меня тишине не дает мне покоя, будто природа замирает в ожидании чего-то страшного.
- Хватит себя накручивать, - от звука собственного голоса мне становится легче.
От неподвижного сидения, мышцы моей спины затекают и я осторожно выбираюсь из укрытия. Промозглый воздух, напитанный запахом леса, пробирает до костей и вынуждает прибавить шаг.
Я нахожу в силках молодого красивого кролика. В агонии он вытянул передние и задние лапы. Опускаюсь на колени перед ним и осторожно снимаю с шеи затянувшеюся петлю. Остекленевшие глаза отражают свет. Я смотрю на него и почему-то чувствую себя ужасно. Чувствую себя чудовищем. Хотя до этого не раз охотилась одна.
Я надеюсь, что его смерть была быстрой и легкой, но знаю, что это не так и теперь не могу избавиться от чувства вины, глядя на застывшее тело, лежащее в снегу.
Подавив в себе приступ жалости, я быстро убираю веревку в карман и хватаю еще теплую тушку, прижимая ее к себе, как сокровище.
Надеюсь, Макс ещё спит и мне не придется ничего объяснять.
Его имя так легко вплетается в мои мысли, будто мы с ним на одной стороне. Он несколько раз спасал мне жизнь и без него я бы давно погибла. Но может быть, аристократ использует меня, чтобы выжить и мне следует уйти.
Прямо сейчас.
Я не успеваю дойти до первого ориентира, как всё вокруг накрывает густой туман. Он ползет по снегу и поднимается вверх. За несколько секунд лес заменяет плотная белесая стена и перед моими глазами остается только этот серый цвет, словно я вдруг ослепла.
Я лихорадочно озираюсь по сторонам, не понимая, куда идти. Липкие сгустки тумана обволакивают моё тело влажностью и холодом. От адреналина меня бросает в дрожь, сердце поднимается от груди к горлу вместе с желудком.
От шока я не могу пошевелиться
Сделав глубокий вдох, я неуверенно начинаю двигаться вперед, но какой-то звук заставляет меня медлить. Я кожей ощущаю чьё-то присутствие и страх лишает меня способности здраво рассуждать.