Сердце потерянное в горах (СИ) полностью

- Сопротивление использует кодовые имена в сети, - я в замешательстве наблюдаю за ним, - Проследить их невозможно, зато они с легкостью могут залезать в систему департамента и делать всё, что захотят, - капитан кидает на меня пытливый взгляд и я настораживаюсь.

- Я все еще не понимаю…

- Кто-то из наших решил предать корпорацию, - у меня учащается дыхание, я просто не могу себя контролировать и не знаю, как реагировать на его слова, - И мне нужно найти крота.

- Попахивает паранойей.

Капитан громко смеется, но как-то наигранно.

- Нельзя никого недооценивать, - он задумчиво разглядывает меня и я чувствую себя куском мяса, выложенном на прилавок.

Так оно и есть.

- У девяносто девятого есть кое-что важное, - он вновь возвращается к интересующей его теме, - Ты что-нибудь знаешь об этом? – его рот кривится и внутри меня всё переворачивается.

- Мы не работали вместе, - сдаюсь я, понимая, что у меня нет выбора.

- Неважно. Я должен знать о нем всё, а не только голые факты, - он раздражен, это видно по тому, как у него дергаются пальцы, - Абсолютно всё, вплоть до его родинке на яйцах, если таковая имеется. Я найду его и тех, кто помогает им всем скрываться.

Влажной от пота рукой я провожу по волосам, и убираю длинные пряди за уши.

- Тогда я точно ничем не могу помочь.

На мгновение в комнате становится тихо. Совсем тихо.

- Я дам тебе время подумать, - его рот растягивается в жуткой полуулыбке, - Ты мне нравишься, - капитан нажимает какую-то кнопку и дверь открывается. На пороге сразу же вырастает парочка стражников. - Прошу, - кивком головы, он приказывает мне встать и я медленно поднимаюсь на ноги.

- Я хочу, чтобы ты хорошенько всё обдумала, - капитану требуется всего несколько шагов и он оказывается рядом со мной, - От твоего решения зависит какой твоя жизнь станет здесь до разборки, - его дыхание пахнет мятными леденцами.

Я замечаю на его черной форме пятнышко своей крови. Моя ДНК. Я сосредотачиваюсь на ней.

Это часть моей жизни. Та, что могла быть во мне. Со мной. Если бы не вы. Ненависть вытесняет страх.

- Отведите ее в комнату, - бросает капитан стражникам, потеряв ко мне интерес. Мои ноги так дрожат от слабости, что я боюсь рухнуть на пол.

- Но… - неуверенно говорит один из них, взглянув на мое лицо, - По уставу…

- Я сказал, в комнату! – рявкает он, и отходит от меня, белки его глаз наливаются кровью. - Мои приказы не обсуждаются, - поджав губы, он ждет, когда меня выволокут отсюда.

Придерживая локоть другой рукой, я сама направляюсь к выходу, не желая, чтобы стражники применяли силу. Как только я переступаю порог, двери закрываются. Я вся напрягаюсь, оказавшись в коридоре. Мне приходится быстро переставлять ноги.

Бетонные плиты сменяются белоснежной керамикой. Ещё немного и я окажусь в безопасности своей комнаты. Я спотыкаюсь и стражник дергает меня за шиворот, не позволяя упасть. Резкая боль поднимается по скелету, пересчитывая все кости. Мышцы живота сводит судорогой, но я упрямо возобновляю шаг.

- Стоять, - я сразу же останавливаюсь, и жду, пока стражник вставит пластиковую карточку. На это уходит не больше секунды. И вот я уже внутри. В комнате. Сжав зубы от боли, я направляюсь к своей постели и осторожно, чтобы не потревожить сломанное запястье, сажусь на кровать.

- Лилит? – испуганно шепчет Чайка, ее темный силуэт кажется мне чересчур большим. - Ты как? – она откидывает одеяло и подбегает ко мне, - Ублюдки, - дрожащим голосом добавляет Чайка, и присаживается рядом, ее прохладные длинные пальцы касаются моего лица, - Больно? – она заглядывает мне в глаза.

- Не то, чтобы очень, - вру я, - Бывало и хуже.

- Ты думаешь, нас тоже будут допрашивать? – Чайка убирает свои руки, я не виню ее за страх, но от того, как она это говорит, мне становится тошно.

- Нет, - наконец, отвечаю я, - Не будут, - единственное, что я могу из себя выдавить, - Поговорим обо всём завтра.

- Ладно, - неохотно, Чайка забирается на свою кровать. Через несколько минут, я слышу ее тихое сопение.

Я осторожно вытягиваюсь в постели, и стараюсь почти не дышать, когда мне приходилось двигать правой рукой. Матрас подо мной слишком мягкий и жаркий. Моё тело покрывается липким потом. Я неподвижно лежу на спине, пока боль не превращается в непрерывное подергивание. Я смотрю на потолок.

Перед моими глазами плывут звездочки и я провожаю их взглядом.

Вправо. Влево. Верх. Вниз. Лишь бы ни о чем не думать.

Но я не могу.

Разбирать нас на органы, и продавать, как синтетические.

Боже…

Зажмуриваю глаза, и несмело переворачиваюсь на левый бок. Мне даже удается сдержать всхлип, всё это время стоящий в горле и груди. Я хочу рыдать. Биться в истерике. Махать руками, как пятилетний малыш. Но я молчу. Утыкаюсь в подушку и моё тело колотит мелкая дрожь.

Кое-как мне удается уснуть и я забываюсь тревожным сном.

- Лилит, - кто-то зовет меня шепотом, ласково касаясь моего плеча, - Мне нужно с тобой поговорить, - я резко открываю глаза.