Пошатываясь, я выпрямляюсь, пульс стучит где-то в горле, но я стараюсь дышать ровно. Мне страшно. Но я подхожу к кнопке и несколько раз нажимаю на неё. Бесполезно. Глупо было надеяться. Нужно искать другой выход, я оценивающе смотрю на дощатый пол. От времени и влаги, он местами прогнил. Хватаюсь рукой за трос и ударяю по иссохшей древесине ногой.
Боль поднимается от голени к колену и я истошно кричу, не переставая стучать по ней, пока она не проваливается вниз. Лифт раскачивается, как сумасшедший, но я сосредоточено расправляюсь с остальными.
Ободрав все руки и сломав несколько ногтей, я освобождаю для себя достаточно места и оказываюсь под лифтом. Если он вдруг рухнет, меня потащит вниз вместе с ним. Мне хочется бежать отсюда, но я заставляю себя спуститься еще ниже и забираюсь в комнату.
Несколько минут я прихожу в себя. Из моего рта вырываются всхлипы, вперемешку с рыданиями. Всё моё тело протестует и мускулы рук перестают слушаться. Не могу представить, как я смогу подняться наверх. Но я вспоминаю, ради кого я здесь и все мысли, ощущения и страхи, разом исчезают. Я подрываюсь с места и бегу к холодильнику.
Я не знаю, что мне нужно, поэтому выбираю по названиям.
«Жаропонижающее». «Противовирусное». «Антибиотики».
Трясущимися руками, я распихиваю шприцы с содержимым по карманам. Я стараюсь не смотреть на криокапсулы, но они притягивают мой взгляд помимо моей воли. Проходя мимо, я неосознанно замедляю шаг и мне кажется, что за мной наблюдают.
Поежившись, я спешу к шахте и начинаю подниматься наверх. Сжимая челюсти до хруста, я стараюсь не обращать внимание на боль в мышцах и ногах. Внезапно, лифт издает металлический лязг и сверху доносится звук работавшего электромотора.
Он начинает устрашающе быстро надвигаться на меня.
От ужаса, я едва дышу и прижимаюсь к стене скалы. Меня бьет крупная дрожь и во рту появляется сладковатый привкус газа. Наверное, я слишком много вдохнула яда, но времени вытащить вторую таблетку нет. Меня мутит и глаза застилает туман. Лифт превращается в небольшую точку и я трясу головой. Жду, когда он приблизится ко мне ещё ближе и решаюсь на отчаянный прыжок. Цепляюсь за тросы, ладони скользят, сдирая кожу, но я не разжимаю пальцев. Мои ноги болтаются в воздухе, подо мной зияет черная бездна шахты. Обливаясь потом, мне кое-как удается вскарабкаться в кабинку, балансируя на остатках пола.
Я нажимаю на кнопку и лифт замирает. Мои легкие сжимаются и я кашляю, сгибаясь пополам. Нарастающий гул в голове заставляет меня действовать быстрее. Я достаю пластиковую коробочку и едва не роняю ее. Режущая боль в груди просто невыносимая, непослушными пальцами, я выдавливаю нейтрализатор. По щекам текут слезы. Две секунды я трачу на то, чтобы просто нормально дышать.
Выбравшись наружу, я падаю на колени, меня всю трясет и я жадно глотаю чистый воздух. Уже ночь, небо усыпано крупными звездами. Это заставляет меня подняться и начать бежать. Мимо мелькают тени животных, испуганно скрывающихся в кустах. Но у меня нет сил даже испытывать страх. Я спотыкаюсь и скольжу по грязи, хватаясь за мокрые кусты, я пытаюсь задержать своё падение, но всё равно, больно приземляюсь в неглубокую яму.
Вдруг, кто-то прыгает на меня, мягкие лапы ложатся на мои плечи, и заставляют лежать на месте. Огромное туловище волка закрывает собой небо. Я встречаюсь с его ярко-синими глазами, он не мигая смотрит на меня.
«Ты ему уже не поможешь»
Он озвучивает мысль, которую я к себе не подпускаю и меня злит, что ее произносит кто-то другой.
- Заткнись, - яростно шиплю я и впервые касаюсь его густой белоснежной шерсти, - Отпусти меня, - мои пальцы погружаются в мех глубже и я старалась оторвать его от себя, - Я сказала «фу»!
Неохотно, волк отпрыгивает от меня, присаживаясь на задние лапы.
«Тебе будет больно»
Мне уже больно!
Где-то глубоко внутри меня включается сигнал тревоги, я прижимаю руки к груди, словно пытаюсь выключить его и несусь дальше. Я добегаю до озера и останавливаюсь, не в силах дышать. Большая луна отражается в зеркальной глади и подсвечивает перламутром лежащего на земле Макса.
- Макс!
Я падаю перед ним на колени и касаюсь его груди. Дышит, боже, он дышит. Не медля ни секунды, достаю шприцы, разрываю упаковку зубами и делаю ему несколько уколов.
- Макс! Вернись ко мне. Открой глаза. Очнись!
Проходят бесконечные минуты. Господи прошу, позволь ему жить. Его веки дрожат. Макс с усилием открывает глаза, устремляя на меня чистый взгляд.
- Привет, - выдыхаю я через губы, - Скоро тебе станет лучше.
- Было бы здорово, - от звука его голоса у меня судорожно дрожит сердце, - Где ты это взяла? – Макс хмурится, замечая пустые шприцы.
- Уже неважно, - от облегчения мои глаза наполняются слезами.
- Для меня важно.
- Это было не так уж и трудно.
- Врёшь, - улыбаясь отвечает Макс, разглядывая моё лицо, - Не хочу, чтобы ты рисковала собой ради меня.
- Это моя жизнь.
- Ты невыносима, как всегда, - он не сводит с меня своих удивительных глаз и вдруг делает судорожный вдох.
