Сердце потерянное в горах (СИ) полностью

Корпорация «Возрождение» находится в деловом секторе купола. Это целый комплекс из семи высотных зданий из металла, стекла и бетона. Попасть внутрь можно только пройдя несколько ступеней проверки. Поговаривают, что совершенные используют биометрию, а это усложняет всё в разы, делая его неприступным и недосягаемым.

- Меня уверяли, что ты справишься, - я чувствую, как взгляд заказчика впивается в меня, - Лучший искатель из «безнадежных»…

- Тебя ввели в заблуждение, - я поднимаюсь на ноги и собираюсь уходить, но следующие слова заставляют меня медлить.

- «Пыль» можно достать не только в хранилище, - говорит все тем же металлическим голосом, беспокойно оглядываясь по сторонам.

- И где же еще? – я делаю вид, что не знаю ответ и присаживаюсь обратно.

- В торговом секторе, - судорожно продолжает заказчик, наверное, он совсем отчаялся. У меня против воли вырывается нервный смешок.

Это все равно что засунуть голову в пасть тигру.

- Там нет возможности пройти незамеченной, - не сдержавшись, отвечаю я, хотя знаю, им всё равно.

Главное, чтобы я достала товар. Живая или мертвая.

Я лихорадочно раздумываю, что мне делать.

- Это не моя проблема, - он лишний раз подтверждает мои мысли и берет в руки стакан воды.

- И что вы тут шепчетесь? – Данте облокачивается на наш столик, его светлые брови сходятся на переносице, а в черных глазах плещется непонятное мне чувство – раздражение?

Заказчик дергается, когда тот пододвигает бочку и присаживается рядом с ним.

- Кто это? – интересуется он у меня.

- Никто, - быстро отвечаю я.

- Мне сказали, что ты работаешь одна, - я улавливаю недовольство в его голосе и готова испепелить Данте взглядом.

- Так и есть.

- Почему ты скрываешь, что мы вместе?

Я его точно убью.

- Неважно, - заказчик начинает терять терпение, - Твой ответ? – его спокойствие медленно рассыпается и он становится каким-то дерганным.

Я размышляю, как долго он сидит на этой дряни и в состоянии вообще мне заплатить.

- Плата?

Если я возьмусь за дело, риск должен быть оправдан.

Заказчик распахивает край плаща, в потайных карманах полно всякой всячины. Я замечаю ампулы и цифры на ней. У меня замедляется пульс.

Это больше, чем горшочек с золотом.

- Выберешь любое, если принесешь мне то, что я хочу, - заказчик быстро застегивает плащ, и оглядывает зал.

- Я согласна, - рука Данте ложится мне на бедро и с силой сжимает. Но я игнорирую боль, в моих глазах до сих пор стоит «Фторхинолон девятого поколения», - Когда?

Данте убирает руку и недовольно глядит на меня.

- У тебя всего день, - заказчик встает из-за стола, - Встретимся здесь, - он идет к выходу.

Пора возвращаться домой.

Я встаю на ноги, но Данте тянет меня обратно.

- Ты с ума сошла! – накидывается он на меня, как только я опускаюсь на стул, - С ним лучше не связываться, ты его не знаешь.

- Я не знаю многих заказчиков, - огрызаюсь я в ответ.

- Если твои цифры узнают за стеной, тебе конец, - убеждает меня Данте, - Скольким приходится после этого скрываться, а сколько были казнены, пропали без вести?

- И это говоришь ты?! – внутренности сжимаются в тугой узел, мне и так не просто, - Я это сделаю, нравится тебе это или нет, - начинаю злиться.

- Ты чокнутая, если полезешь к ним одна, - Данте наклоняется ко мне ближе. Его лицо закрывает собой все пространство, - Даже мы этого не делаем…

- Плевать, – я отодвигаюсь от него на безопасное расстояние и скрещиваю руки на груди. Капля пота стекает по шее, но я стараюсь не обращать на это внимание.

Данте резко втягивает в себя воздух, его ноздри сердито раздуваются.

Сейчас он сорвется.

Я его слишком хорошо знаю.

- Идиотка! – Данте ударяет по столу, стакан подпрыгивает и падает на пол. Звон разбитого стекла привлекает внимание других посетителей. Они начинают оглядываться в нашу сторону.

- Я не заставляла тебя подслушивать мой разговор, - я спокойно отношусь к его вспышке. Скоро его отпустит. Так всегда было. Поэтому наши отношения ни к чему не привели. Он был слишком импульсивным.

- Тебя не напрягает, что у заказчика вдруг оказался препарат совершенных?! – кричит на меня Данте и у меня болезненно сжимается горло, – На кой хрен ему ты, раз он может самостоятельно достать продукцию корпорации?! - его зрачки расширяются и я вижу в них свое отражение.

Тревожный колокольчик внутри подает сигнал опасности.

- Мне все равно, - заглушаю тревогу усилием воли. Данте замолкает и судорожно сглатывает, - У него есть то, что спасет Самару от приюта… - я крепко сжимаю ладони.

Именно это моя крайняя мера, если я не найду лекарство.

Приют построен не так давно, брошенных детей становится всё больше, матерям приходится оставлять малышей прямо на улицах, потому что они неспособны прокормить даже себя.

Департамент вынужден искать решение, и сейчас рассматривается закон о сокращение возраста химической кастрации…