– Покажи, где можно купить такую штуку, – попросил он. – Мне он очень нужен.
Я удивилась, что у него до сих пор нет магнитофона. Если парень научился так танцевать, он, наверное, должен был тренироваться каждую свободную минуту где угодно: на ярмарке, на автостоянке, на любом подходящем углу, пока его не прогонит хозяин соседнего магазина.
– Конечно, – сказала я. – Сходим в «Росинку». Там есть несколько хороших магазинов.
Мы пошли прочь, и я услышала, как за спиной школьники говорят о нас.
– Что это за парень?
– Не знаю, – отозвался один из танцоров. – Подошел к нам, посмотрел немножко и присоединился. Классно двигается.
– Еще бы не классно!
Я оглянулась. Представление закончилось, и толпа стала понемногу рассеивалась. Но один парень остался стоять, глядя на меня и Дэнни. Это был Мэтт.
Между мной и Мэттом в общем-то ничего нет. Пару раз он дружелюбно поговорил со мной, вот и все. Он из тех ребят, что приветливы со всеми. А я считала, что он симпатичный, и ничего больше. Так почему же я чувствовала себя виноватой?
Я смущенно махнула ему рукой. Он помахал в ответ. Потом сел на велосипед и уехал. А я повела Дэнни в торговый центр «Росинка» выбирать магнитофон. – Ну как? – спросила Тарани вечером, хлопнув по моему столу учебником математики. – Как дела?
– Ты о чем?
– Как прошло свидание?
– Никакое это не свидание, Тарани, я просто показывала ему город.
– Да, конечно.
– Он здесь новичок.
– Да-да.
– Я всего лишь вела себя… по-добрососедски.
– Гм-м…
– Тарани!
– Что?
– Прекрати смотреть на меня так! Она усмехнулась.
– Если будешь все время крутить волосы, у тебя получится больше кудряшек, чем у меня.
Я выпустила прядь, которую накручивала на палец. Я не всегда так делаю, только когда смущаюсь. А в смущении я нахожусь 95 % времени.
– У тебя нет кудряшек, – возразила я.
– Ну, тогда косичек. Тоже неплохо. И не уходи от разговора. Что в нем тебе понравилось? Кроме того, конечно, что он классный танцор и немного похож на Джо-Джо.
Джо-Джо со своим новым диском «У меня есть сила» в те дни мелькал на обложках всех музыкальных журналов, считавших себя модными. – Он и вправду здорово на него похож, – пробормотала я, только сейчас осознав это. – Но он не… Я хочу сказать, мы не… На самом деле я не… Я просто…
– Ого, – сказала Тарани, – плохо дело.
– Хватит меня дразнить!
В тот же миг Тарани стала серьезной.
– Вилл, это на тебя не похоже.
– Что не похоже? Что я понравилась мальчику?
– Ладно, не обижайся. Ты же знаешь, я не это имела в виду. Мне кажется, тебе надо разобраться с Мэттом.
– Неужели ты не понимаешь, на самом деле у меня с Мэттом ничего нет! Как ты этого не видишь? А Дэнни, по крайней мере, замечает, что я есть на свете. И я ему, кажется, даже нравлюсь. И мне с ним хорошо, Тарани. Разве это преступление?
– Нет.
– Тогда, – я открыла учебник, – объясни-ка мне лучше про эти квадратные корни. Надо же учиться в конце концов.
– Гм-м. – Но она не сразу приступила к объяснению, а еще долго сверлила мена странным, обеспокоенным взглядом.
– Что с тобой? – наконец спросила я. Она вздохнула:
– Обещай, что не рассердишься. Настала моя очередь вздохнуть.
– Ты моя лучшая подруга. Такая же чародейка, как я. Я когда-нибудь на тебя сердилась? – Я призадумалась. – По крайней мере, всерьез?…
– Понимаешь… Мне кажется, Дэнни опасен.
– Опасен? Ради бога, Тарани, объясни, в чем дело? Он что-то затевает? Собирается посадить меня в темницу? Скормит своему ручному дракончику?
– Не говори глупостей, – огрызнулась Тарани. – Даже в шутку. Ты же знаешь, какие невероятные события случаются с нами.
Она права. С волшебницами, Стражницами Кондракара, происходит всякое. Иногда мне кажется, что у нас пятерых – у меня, Тарани, Ирмы, Корнелии и Хай Лин – на лбу написано: «Беды, добро пожаловать на наши шальные головы!» Но Дэнни – разве может он быть опасным? Дэнни на вид совсем… ну, я бы не сказала – обыкновенный, но у него, по крайней мере, не растут клыки, когти, лишние головы и прочие чудеса, с какими нам не раз доводилось сталкиваться.
– Он обыкновенный парень. А я, как ты знаешь, чародейка. Я уж как-нибудь смогу справиться с четырнадцатилетним брейк-танцором. Даже если он похож на Джо-Джо.
Свет мигнул, снова зажегся, потом погас окончательно. Из кабинета, где работала мама, донесся горестный крик:
– Ох, только не это! Не может быть! Я этого не перенесу!
Через минуту мама постучала ко мне в дверь.
– Вилл, помоги, пожалуйста. Когда электричество включится, пусти в ход свое компьютерное волшебство. А то я опять потеряю двухчасовую работу.
– Постараюсь, – ответила я. Мама вовсе не имела в виду, что я в самом деле владею магией, она просто считала, что я унаследовала и развила ее способности к работе с компьютерами.
Мама вздохнула.
– Ты сейчас скажешь, что надо было почаще сохраняться. Да, конечно, но ты же знаешь, как это обычно бывает. Женщины никогда не делают резервных копий. А в случае чего просто рвут на себе волосы и плачут.
Тарани хихикнула. Мне показалось, что мама улыбнулась, но в полутьме я плохо разглядела.
