Наступила ночь. Они были вместе, Намира и Ворк. Сидели под густой зеленью невысокого дерева, спрятавшись от всех остальных. Она должна была решиться именно сейчас, ибо другого шанса у неё не будет.
— Ворк, — начала она. — Как поступить, когда встаёт вопрос о любимом человеке? Если тебе необходимо расстаться с ним?
— Ты уходишь от меня? — переспросил тот.
— Нет, нет, — заверила она. — Просто интересно.
— Хм, — задумался тот. — Наверное, поступил бы так, как подсказывало мне сердце.
Девушка поникла и замолчала.
— Что-то случилось? — спросил парень. — Я тебя чем-то обидел?
— Нет, — тихо ответила она, а потом, сделав глубокий вдох, добавила. — Мне нужна будет твоя помощь.
— Всё, что пожелаешь.
— Я хочу съездить в горы, полюбоваться на рассвет оттуда. Но боюсь ехать ночью одна. Ты сопроводишь меня? — с предательской нежностью посмотрела ему в глаза.
— Ну, конечно же, — улыбнулся тот в ответ. — Буду только рад помочь.
— Я всегда в тебя верила, — и Намира, поцеловав его, повалила на спину.
Эта ночь была прекрасна для обоих.
Солнце медленно поднималось за горами, освещая снежные пики. Парочка уже стояла на горной вершине, именно на том самом каменном алтаре, где вскоре должен был состояться кровавый ритуал.
— Какой прекрасный восход, — прошептал Ворк. — Всё же ты была права, и мы не зря сюда пришли.
На эти слова девушка просто отвернулась. На её глазах появились слёзы.
— Я… я должна кое в чём признаться, — выдавила она из себя. — Я не та, за кого себя выдаю.
— Что такое? О чём ты говоришь? — удивлённо спросил парень, но продолжал смотреть на неё с теми же влюблёнными глазами.
Она не ответила, вместо этого сняла своё платье. Он уже видел её тело, и познал его сегодня ночью. Но сейчас оно было другим, оно приобрело серо-зелёный цвет и покрылось мелкой чешуёй. Потом чешуя осыпалась, превращаясь в прах, а тело стало ещё зеленее, глаза девушки покраснели, волосы тоже, и кое-где на теле появилась небольшая трава, которая через пару мгновений так же, как и чешуя, осыпалась прахом. И вот Намира приобрела свой прежний вид и с тоской посмотрела на Ворка. Тот стоял в ступоре, поражённый увиденным.
— Кто ты? — спросил, наконец, он.
— Тебе не стоит этого знать, — послышался неподалёку голос.
Они обернулись и увидели, как из скалы вываливаются камни, а следом за ними выдвигаются огромные булыжники, которые приобретают человеческие черты. Это был дух леса, он пришёл, чтобы наблюдать за жертвоприношением, как делал это всегда.
— Ну что, Намира, ты решилась? — спросил он.
Но та не смогла ничего ответить.
— Что это? — тихо вымолвил Ворк.
— Прости, у него мой муж, — послышалась ломаная речь Намиры, а следом и её рыдания. — Я люблю его, но и тебя тоже, — она закрыла лицо руками, не в силах смотреть парню в глаза. — Я… не могу. Нет! — вдруг выкрикнула она и отмахнулась от Ворка. — Уходи! — крикнула она ему.
Но тот стоял и смотрел на неё.
— Так значит вот зачем всё это, — тихо произнёс он. — Ты просто хотела вернуть своего любимого, а взамен моя жизнь?
— Да, — также тихо ответила та, не отнимая руки от лица.
— Ясно, — парень поник, понимая, что все эти чувства были просто жестокой игрой. — Ну, тогда я согласен.
— Что? — девушка посмотрела на него красными от слёз глазами.
— Я согласен на это. Если на кону чужая жизнь, жизнь, которая дорога моей любимой, то я согласен.
— Я не… — Намира была в полном отчаянии.
И тут, непонятно как, в её руке возник кинжал, блеснула сталь, и клинок впился в грудь парня. Тот широко раскрыл глаза от неожиданности, но потом посмотрел на девушку как обычно, тем же любовным взглядом.
— Люблю, — прошептал он и погладил ладонью по её щеке.
После этого завалился назад и рухнул на камни. Кровь брызнула из раны и залила всё вокруг, но тут же впиталась, и вместо неё, из тонких щелочек, между камнями, стали прорастать разноцветные цветы.
— Нет! — выкрикнула Намира и упала на колени рядом с убитым, обхватив его руками. — Нет, нет, нет. — колотила его своими кулачками по груди, из которой от каждого удара прыскал небольшой фонтанчик крови, испачкавший все её руки. — Нет, это ты убил его! — вдруг выкрикнула она каменному божеству, стоявшему неподалёку. — Я не хотела этого!
— Рука была твоя, так что всё по-честному, — усмехнулся тот. — Я не против такого расклада.
— Я против! — вновь выкрикнула та, заливаясь слезами.
На это великан не обозлился. Он подошёл к ней, и с каждым его шагом камни осыпались, а под ними было молодое мягкое дерево. Склонился перед её лицом, мягко приподняв ей подбородок своей деревянной рукой. Потом томно вздохнул, из его рта шёл запах хвои и мха. Его длинный язык, мягкий, словно кожа младенца, лизнул её щеку, забрав скатившуюся слезу.
— Ты мне омерзительна, — ласково произнёс он и отпустил девушку.
После этого он повернулся и пошёл назад. Каменный свод, из которого он выбрался, начал складываться в две стороны, словно ворота, открывая проход для великана. Там, за камнями, оказалась густая рощица, в которой Намира ни разу не была.
