— Если что–то случиться с Андредом Вегой — сообщил Ругару, — это будет уже не увеселительное сафари по вновь открытой планетке. Это будет большой фейерверк от взрыва этой планетки и избавление от головной боли семьи Веги. Торговаться за его жизнь никто не будет. Больше некому будет тормозить их беспредел. Но, вам то конечно на все это пофик.
— Я все это понимаю, — произнес Андрей, на лбу которого выступили капли пота, — поэтому я буду предельно осторожен.
Он отпустил Мару и деактивировал мину. Ругару во все глаза смотрел на Андреда. Тот подошел к нему, сказал несколько слов. Потом повернулся и пошел к людям.
Мара подошла к нему, в ее глазах были настоящие слезы:
— Возьми меня с собой. Я хочу пойти с тобой.
Андред посмотрел на нее и сказал:
— Если ты любишь меня, то должна в меня верить. Я вернусь
Андрей грустно посмотрел на Алену. На ее лице все было написано. Алена верила что Андред вернется.
Обе женщины отправились с тварями.
Группы разошлись, растаяв в ночной мгле.
Алена вернулась на базу под ненавидящим взглядом Ругару и опустошенным взором Мары, из которой как будто вынули жизнь. Отведя Мару в ее комнату, она принесла ей пищевых контейнеров с кухни, но потом уложила ее в кровать. Затем она сидела рядом и убеждала не подающее признаков жизни тело Мары, что все будет хорошо и Андред вернется, доказав всем, что люди и твари — это сестры и братья и не должны убивать друг друга. Когда Мара сделала вид, что спит, Алена отправилась в комнату Андреда. Уставшая и совершенно разбитая. Разделась до форменного белья и закрылась с головой в одеяло, которое еще хранило его приятный запах. Потом она включила браслет:
— Андред, ты меня слышишь? Где ты?
Ответил мне голос Андрея:
— Браслет он снял, ты же не хочешь, чтобы он остался без руки?
— Не хочу, — согласилась Алена, но так я не вижу, жив он или нет.
— Я жив, — раздался в браслете спокойный голос мужа, — со мной все в порядке. Мы договариваемся о показаниях. Твой друг очень умный человек. Я думаю, что вместе мы справимся.
— Слышала? — раздался снова голос Андрея, — поэтому больше не вызывай нас, ты нас выдашь. Когда будет надо, мы сами выйдем на связь.
После этого разговора Алена успокоилась и заснула, но снились ей очень тревожные сны.
Утром ее разбудил взбешенный Ругару. Девушка села в изголовье кровати, накрывшись по плечи одеялом Андреда, как будто оно могло защитить ее от свалившихся напастей. А Ругару орал какие–то непонятные слова:
— Мара исчезла с территории лагеря. Человеческая база начала обстрел нейтральной территории. Человеческие войска начали наступление на инопланетные территории в этом секторе. Нет никаких данных о том, что Андред Вега жив.
— Подожди, пожалуйста, — пыталась сосредоточиться Алена, — подожди.
— У них оба наших медика, — не снижая, тона, орал на девушку Ругару, — и они знают об этом, а наш портал закрыт кодом Веги. Пока какой–то Вега не догадается открыть его с той стороны, некому лечить наших раненных!
— И тут Алена сама закричала на Ругару, как будто одеяло Андреда вселило в нее дух самого Андреда:
— Прекрати на меня орать, немедленно, солдат! Пока нет Андреда, здесь только один Вега — я! И все мои приказы вы должны выполнять беспрекословно. Не так ли? Может быть, мне приказать всем вам сдаться? Или вы убьете Алену Вегу?
Ругару осекся.
— Ну так вот, — остыла я, — не ори и рассказывай что случилось, пока я спала. И отвернись, мне надо одеться.
И Ругару, уже спокойным и ровным тоном начал рассказывать по порядку. В 7 утра человеческие войска без всякого объявления конца перемирия начали атаку. Но с перемирием это и понятно, перемирий на войне как таковых не существует. Договорились и нарушили, такое сплошь и рядом. Сейчас нарушили люди, а могли и твари. После начала боевых действий исчезла доктор Мара Шеллиак. Дозорные уверяют, что видели ее в полном боевом облачении движущейся к насыпи. Очевидно, она решила, что Андреду нужна ее помощь, или пошла мстить. В общем, еще через час после ее исчезновения люди начали полномасштабное наступление. А у нас нет ни одного врача.
— Ругару, скажи мне пожалуйста, если бы Андреда шантажировали пленным сыном, он бы пошел на сделку с человеческими властями?
— Нет. По распорядку он послал бы донесение деду. Дед бы поставил ультиматум Земле: внук или Земля. Но если бы Никса вернули, война бы после этого все равно продолжалась.
— Значит, если они будут шантажировать меня Андредом, то и я не пойду ни на какие условия, кроме освобождения Андреда без всяких условий. Знаешь, Ругару. Этих людей, которых ты видел вчера, на переговорах, я их знаю с самого начала моей войны здесь. Они не из тех кто предают или легко сдаются. Я не верю, что наш заговор, направленный на сохранение жизни на земле потерпел поражение. Там тоже воюют, Ругару. И мы здесь тоже будем воевать.
— Нас не бесконечное количество. Алена, у нас не хватит криоконтейнеров, чтобы складывать туда тяжелораненых
