Он растянулся по всей равнине гигантской гусеницей. Река текла неподалеку широкой голубой лентой, на берегу которой ютились скромные домики крестьян. Поля вовсю колосились золотой пшеницей, но вместо умиротворения душу наполнила тоска: вспомнился повторяющийся сон, где были малышка Тея и черные всадники, возглавляемые страшным рыцарем в латах.
– От меня ни на шаг, – приказал Дитер.
– Как скажешь, любимый, – проворковала я. – Значит, ты возьмешь меня на переговоры?
Кажется, мой генерал об этом не подумал. Нахмурившись, он долго что-то прикидывал, потом со вздохом ответил:
– Нет. На переговоры взять не могу. Придется тебе подождать в лагере. Вот только на кого оставить? Шэн тоже едет со мной…
– Разве меня обязательно на кого-то оставлять? – приподняла я бровь. – Я взрослая девочка и могу позаботиться о себе.
– Не забывай о ребенке, – строго сказал Дитер.
– О ней я помню всегда. – Я погладила ладонью животик и поцеловала Дитера в гладко выбритый подбородок. – Не волнуйся, любимый. Все будет хорошо.
Первым, кого я встретила в лагере, снова был мальчишка Ченг. Распахнув свои темные глаза, он с завистью прицокнул языком.
– А мы уж думали, ты помер, – протянул он, с завистью переводя взгляд с меня на генерала, который о чем-то уже тихо беседовал с Шэном.
– Какие выживают, те до старости живут! – бодро ответила я. – Спасибо за заботу, Ченг. Не ждали, да?
– Ждали-ждали! – зачастил мальчишка. – Только трудно от тварей отбиться. Жала у них – во! – Он раскинул руки. – Челюсти – во! Всех победили, да?
– Потом расскажу, – засмеялась я. – Отдохнуть бы с дороги.
Действительно, если первые дни похода я переносила более-менее легко, то теперь изматывал даже полет на виверне. И это только месяц срока. Что же будет дальше? Я решила пока не задумываться об этом. Устроилась, как обычно, в шатре Ю Шэн-Ли. Хотя это не слишком нравилось Дитеру, но адъютант у него есть свой, а давать повод для слухов на обе армии нежелательно.
Вечером меня наградили.
Награждал сам главнокомандующий Е Бо-Джинг. Я никогда не видела его так близко: высокого и сильного альтарца, облаченного в блестящие доспехи. Пушки грохнули салютом, солдаты трижды прокричали «вива!», а я не верила, что это все достается мне, и косилась на Дитера, который стоял чуть поодаль от главнокомандующего и прятал улыбку.
«Он гордится вами, хозяйка», – заметил Умник.
От его слов в груди разливалось тепло. И, отдав воинское приветствие, я вернулась в строй, чеканя шаг и слушая, как позвякивает орден. В последний момент поймала взгляд капитана Фа: мне показалось, он хмурится. Считает, что я недостойна награды?
Хм… несмотря на перемирие, с ним нужно держать ухо востро.
После церемонии главнокомандующий, Дитер и Ю Шэн– Ли собрались на переговоры. Отпускать мужа не хотелось. Но сложнее всего было терпеть и не иметь возможности перемолвиться с ним даже словечком.
Я смотрела, как виверны в небе уменьшаются до размера точек, и вздрогнула, когда почувствовала чужую ладонь на своем плече. Подумала, что это вездесущий Фа Дэ-Мин, но, обернувшись, увидела серьезное лицо Ганса.
– Тебя тоже оставили? – грустно улыбнулась я.
– Верно, – усмехнулся он. – И я переживаю не меньше вашего. Про черных всадников слыхали?
– Только про них сейчас и говорят, – сказала я, утаив, что они снились мне несколько раз. – Это правда, что их призвали с помощью магии?
– Полагаю, да, – серьезно ответил Ганс. – У кентарийского вождя появился сильный союзник.
– И кто же?
Ганс испытующе поглядел на меня и какое-то время молчал.
– Не догадываетесь?
Я мотнула головой. Откуда? Я слишком мало пробыла в этом мире и слишком мало знала о дворцовых интригах и магии вообще. Но мысль прозвенела колокольчиком где-то на задворках сознания, и Забияка подтвердил, шепнув: «Вы знаете, госпожа».
– Королева? – еле выдавила я, чувствуя, как немеет язык и по спине рассыпаются мурашки.
– Тсс! – Ганс прижал палец к губам. – Это только предположения.
Я понимающе кивнула. Конечно, фессалийская королева Анна Луиза давно строила козни против своего мужа, надеясь заполучить власть сразу над двумя державами. Ее связь с кентарийским вождем не требовала доказательств, правда, мы с Дитером полагали, что она наказана достаточно и больше никогда не встретится на нашем пути. Неужели ошибались?
– Дитер может оказаться в опасности, – пробормотала я, напряженно глядя в темнеющее небо, где уже и точек виверн не было видно, зато постепенно высыпали белые крапинки звезд.
– Мы все можем, – помял подбородок Ганс и вздохнул. – Я жалею только, что Жюли оказалась не такой непослушной, как вы, фрау.
– Мартин, – поправила я его. – Не забывай, кто я теперь.
Ганс поморщился, но возражать не стал. А я подумала: «Интересно, если бы я предложила Жюли бежать со мной, переодеться в парня и примкнуть к Железной гвардии Альтара, она бы согласилась?»
«Может, да, а может, нет, – мысленно отозвался Умник. – Никогда не узнаешь, пока не попробуешь».
– Я все же надеюсь, с Дитером и Шэном все будет в порядке, – произнесла я вслух.
– Вместе они справятся, – уверенно кивнул Ганс.
