Андрей прекрасно понимал, насколько ужасны его раны. Но при этом лишь сильнее обнял жену, зарываясь лицом в её волосы. Несмотря на битву, кровь, пепел и порох, она все еще пахла собой. Таким родным и уютным ароматом. Он сделал глубокий вдох и в глазах все потемнело. Андрею казалось, что он провел в бессознательном состоянии всего секунду, но когда открыл глаза, понял по ощущениям, что раны уже начали затягиваться. Боль все ещё сбивала его с ног не давая встать в полный рост. Приподнявшись на коленях, он тут же принялся осматриваться в поисках Даши.
Яркий свет тут же привлек его внимание. Охотник прикрыл глаза и только так смог разглядеть в этом свечении Дарью. Это был даже не свет. Огонь. Яркий и неземной. Девушка громко читала заклинание. И её голос разносился над всей поляной, а сама ведьма уже поднялась над самим полем боя, словно диковинная птица, она парила в воздухе. А потом раздался хлопок и огонь уже был повсюду. Первые секунды Андрей подумал, что горит лес. И только спустя мгновения, он понял, что горели вампиры. Нетронутыми остались только те, что стояли поодаль и наблюдали за всем. Но и те быстро покинули поляну, в страхе убегая от этой мощи.
Всполохи огня стали менее интенсивными и Даша, как безжизненная кукла стала падать вниз. Ольхейма успела её подстраховать, смягчая падение. Странный огонь же окончательно потух. Андрей тут же оказался рядом. Лицо его жены стало слишком худым, а все цвета исчезли. Даже глаза стали блеклыми. Он в ужасе смотрел на неё, понимая, что она не просто вышла за свои пределы, она сделала невозможное. И магия отняла у неё жизненные силы. Мелкая перепалка и вот Ольхейма уже изымает осколок души из Даши. Девушка закричала так, что Андрея оглушило. Он держал её за руку, пытаясь, как и Гирф забрать её боль. Крик оборвался резко и охотник подумал, что девушка просто потеряла сознание, но мимолетного взгляда на Гирфа хватило, что бы понять, что план провалился.
— я не чувствую жизни, — произнес ведьмак.
— я лечу её, — сквозь слезы прошептала Ольхейма.
— уже поздно. Даже если ты починишь её тело, жизнь это не вернет — констатировал Миралас.
— лечи! — крикнул Андрей.
— я могу попробовать её обратить. Еще есть время, — предложил Маркус.
— или можно поделиться с ней жизнью, — выпалила Фаина.
— ни кто не проводил этого обряда уже давно. Да и кто согласится? — зло произнес Миралас.
— я могу попробовать, — отозвалась Ольхейма, отнимая руки от Даши.
— я готов отдать свою жизнь. Что нужно? — тут же отозвался охотник.
— будет больно. И мы не знаем, сколько тебе было отведено, — покачал головой Гирф.
— это сейчас важно? Ольхейма ты сможешь это сделать? — спросил Андрей.
— смогу — уверенно заявила ведьма.
— тогда у нас нет времени на обсуждения — констатировала Фаина.
— Это сложная, запретная магия, — отдернул жену ведьмак.
— знаю. Но когда меня это останавливало? Подстрахуешь? — спросила она, у него смотря почти умоляющим взглядом.
— я рядом, — сдался он, видя решимость женщины.
Андрей слышал заклинание и чувствовал жар от ладони ведьмы, что держала её на его пульсе. Каждое её слово прожигало его, но охотник старался даже не двигаться. Боль нарастала, но он лишь стиснув зубы, повернулся к Дарье. Лицо девушки было уже совсем не живым. Словно кто-то перестарался с гримом на манекене и оставил его так лежать. Боль не была адской, но даже её хватало, чтобы желать просто потерять сознание. Последние слова заклинания, казалось, выжигались прямо на его коже и костях.
— а теперь тебе нужно вдохнуть в неё жизнь, — велела верховная ведьма, убирая свою, уже холодную, ладонь.
— как?
— искусственное дыхание — подсказала Фаина.
Силы, которых казалось, уже не осталось вновь вернулись к охотнику. Он навис, над женой выполняя простые действия, что были отработаны за годы служения в ордене.
— не выходит, — услышал он шепот Мираласа, после того, как прошло уже пару минут.
— живи! Живи! — крикнул Андрей, вновь зажимая её нос и выдыхая воздух в Дарью.
— я слышу сердцебиение, — произнес Маркус.
— но я все еще её не чувствую, — не согласился Гирф.
— она умерла. Вы больше не связаны роднением душ, — ответила Ольхейма, без сил садясь на землю.
— теперь вы связаны магией. Ваша жизнь закончится в один день. Неважно как это произойдет, — произнесла Фаина, касаясь плеча охотника.
— она не должна об этом знать, — почти прошептал Андрей, но это услышали все.
Даша уже приходила в себя. Лицо вновь становилось румяным, а ресницы зашевелились. Когда девушка открыла глаза, Андрей тут же её обнял. Они обменялись несколькими фразами, а потом Ольхейма перенесла их в квартиру.
Все что случилось, уже сейчас казалось далеким. Тишина была почти оглушающей. Лишь собственные голоса её нарушали. Только когда оба легли в постель и Андрей смог прижать жену к себе и понять, что это реально, охотник дал волю эмоциям. Слезы скатывались по щекам. Он и сам не заметил, как провалился в сон. Сил не осталось больше ни на что.
— и кто я теперь? — спросила Даша у Ольхеймы.