– Да, хозяйка. Военный и с орудиями, и сейчас, когда он уже причалил, его осаду нам сложно будет выдержать. Вот если бы заранее знать, что ему нельзя давать подойти, то можно было бы и причал поднять, и защитный механизм активировать. Но я думал, хозяин приплыл, не ожидал я гостей, извините, хозяйка, виноват.
– Да не к чему нам с ними воевать. Диего, иди поговори со своим дядей, скажи, что ты тут гостишь по своему желанию, отдай какие надо распоряжения своему управляющему, и надеюсь, они оставят нас в покое. Поскольку я уверена, что всё в порядке в твоих владениях и подобный визит объясняется лишь домыслами твоего родственника о том, что ты здесь находишься против своей воли.
– Хорошо, – кивнул граф, ставя книгу на полку, – я поговорю с ними, раз ты того желаешь. Но мне это делать не хочется совсем! Мой дядя упрямец, каких поискать, и я сейчас рискую с ним разругаться.
– Он имеет над тобой власть?
– Нет, но он обожает давить на родственные чувства и своё старшинство.
– И ты столь слаб, что не можешь этому противостоять, и предлагаешь женщине попытаться вступиться за тебя?
– Нет, конечно, нет, любимая! Я всё сделаю сам! Поговорю и отправлю их восвояси! А потом я могу надеяться на твоё расположение?
– Я люблю смелых мужчин и обычно всегда воздаю им по заслугам, так что иди и предвкушай вечер в моих объятиях.
– Я постараюсь быстро!
– Надеюсь на это, – кивнула она, параллельно пытаясь считать с информационного поля, есть ли какая-то угроза.
Угрозы не было, и она, взяв отложенную графом книгу, расслабленно опустилась в кресло, и погрузилась в чтение.
Однако не успела она прочесть и пары страниц, как вбежал запыхавшийся дворецкий и с порога выпалил:
– Хозяйка, корабль отчаливает. Милорд Диего остался на борту. Пытаться задержать корабль?
– Ничего себе… Странно. Нет, Лео, даже не пытайся, нам не по силам воевать с боевым кораблём, да и смысла нет. Граф должен сам решать свои проблемы.
– Хорошо, как скажете, хозяйка, – облегчённо вздохнув, дворецкий поспешно скрылся.
Проводив его взглядом, Миранда озадаченно покачала головой. Было непонятно, как достаточно знатного вельможу могли принудить что-то сделать против его воли. Хотя если в игру опять вмешался Альфред, то всё становилось очень даже понятно. Хотя, вряд ли он рискнёт столь открыто забирать у неё любовника, может, всё же какие-то чрезвычайные обстоятельства, требующие личного присутствия графа, вынудили его её покинуть, даже не попрощавшись… Но тогда он должен либо быстро вернуться, либо каким-то образом дать ей знать, что произошло.
Поразмышляв немного, Миранда решила не торопиться с выводами и сутки подождать. А вот если через сутки Диего не вернётся, то она вызовет Альфреда и учинит ему допрос. И пусть только попробует не ответить ей на её вопросы.
***
Через сутки Диего не появился, и Миранда отправила к Альфреду ворона с требованием немедленно приехать.
Ещё пара дней прошла в ожидании. С одной стороны, Миранда не сильно тосковала без своего нового любовника, а с другой, её невероятно злило предположение, что это Альфред лишил её его общества, и смириться с таким положением вещей она никак не могла. Поэтому, когда Альфред приплыл на остров, вышла его встретить. И не успел он ещё ступить на пристань, озадачила вопросом:
– Это ты устроил, что дядя Диего забрал его?
– Дорогая, я несказанно тронут тем, что ты меня встречаешь здесь, – опираясь на руку Лео и спускаясь по трапу, проронил Альфред, – но не совсем понимаю, о чём ты меня спрашиваешь. Как мог кто-то забрать Диего? Он что вещь? Или ты довела его до состояния невменяемости, и он не осознавал, что делает?
– Он всё осознавал! Но сюда приплыл на боевом корабле его дядя, попросил его подняться на борт и увёз. И я хочу, чтобы ты прямо здесь мне поклялся, что ты к этому не причастен!
– Мира, можно я хотя бы переоденусь с дороги? Я устал, торопился к тебе, думал, у тебя что-то серьёзное. А у тебя, оказывается, лишь желание заставить меня оправдываться и обвинить не пойми в чём на пустом месте. Вот здраво подумай: при чём здесь я? Где был я и где Диего с его дядей? Я, кстати, с его дядей даже не знаком. Лишь слышал, что он у него есть.
– Я что твоих возможностей не знаю?! Быстро клянись прямо здесь!
– Мира, прекрати, ради всего святого. Не буду я здесь прилюдно это делать. Перестань позорить и меня, и себя перед слугами. Что за безобразные манеры у тебя?
– Ах, тебе не нравятся мои манеры?! – раздосадовано ахнула Миранда, понимая, что Альфред не намерен ни в чём ей клясться, и что, скорее всего, именно он стоит за происшедшим, но ей в этом никогда не признается, и невообразимо мощная волна злости затопила её сознание.
В ярости она стащила со своей ноги туфельку и принялась колошматить ею Альфреда, приговаривая:
– Сейчас они не понравятся тебе ещё больше! Я тебе сейчас покажу насколько безобразные у меня манеры, чтобы ты отвалил от меня навсегда!
Не ожидавший от неё такой выходки Альфред в первый момент опешил, потом начал уворачиваться, прикрываясь руками:
– Мира, успокойся! Что с тобой? Успокойся!
