– Что ты не можешь? Помочь мне поднять потенциал, раз угораздило тебя моим фамильяром стать? Так это без вариантов теперь. Ал заставит тебя в любом случае он обрамление твоего амулета под себя сделал, если ты это ещё не заметил. Так что не рыпнуться тебе уже никуда. Раньше надо было думать, когда просила тебя меня прикончить. Сейчас уже шанс упущен.
– Я не об этом. Мне не сложно, и с удовольствием я вам в этом помогу, ему даже заставлять меня не надо будет.
– Тогда о чём?
– Я хочу быть уверенным, что выполняя его приказы, вам не сделаю хуже.
– Мальчик мой, – Миранда ласково потрепала Ларсена по волосам, – ты сделаешь мне хуже, если не выполнишь его приказ. В этом проклятом месте женщина, какой бы она не была, не может не подчиняться мужчине. Она лишь может выбрать, кому подчиняться. Я выбрала его.
– Почему вы его выбрали?
– Ты задаёшь вопрос, на которой у меня нет ответа. Не могла я его не выбрать, выхода другого у меня не было.
– Вы лукавите, хозяйка. Я чувствую это. Вы, несмотря на отсутствие потенциала, очень сильны, очень. И могли вы ему отказать, поскольку смерти не боитесь и явно через многое прошли. Но почему-то выбрали его. Правда, потом вы хотели, чтобы он вас потерял или сам от вас отказался… Я хочу понять, что вас с ним связывает, кроме договора.
– Заткнись! – Миранда с размаху ударила его по лицу.
– Я нашёл больное место? – потирая щеку и иронично щурясь, осведомился он.
– Не хочу больше от тебя слышать ни слова! – она топнула ногой. – Угораздило ведь с говорящей тварью связаться… Молчи! Понял?! Молчи!
– Нашёл… А я ведь могу помочь, хозяйка.
– Чем ты мне поможешь? Заставишь проговорить, что я в надежде усыпить бдительность того, кто был сильнее и полностью контролировал меня, чтобы получить наконец возможность сдохнуть, заключила договор и слила на него весь потенциал, а в итоге сейчас попала в полную от него зависимость и сдохнуть не смогла? Проговорила! Удовлетворён?
– Получается, когда я помог вам выжить, я помог не вам, а ему?
– Да! Именно так!
Замерев, Ларсен постоял некоторое время в задумчивости, потом решительно тряхнул головой:
– Нет, не так, хозяйка. Я помог не ему, я помог вам, только не исполнить ваше желание, а помог сохранить душу и удержал от неверного шага, обрекающего её на вечные страдания.
– Великолепно! Мой фамильяр лучше меня понимает, что надо моей душе. Всё! Заткнись, тварь! Сделал и сделал. Дальше будешь делать, что хозяева тебе прикажут! Иди, гуляй! И молчи со мной! Понял?! Фамильяр должен молчать! Молчи! – её голос сорвался на крик, и она, чувствуя, что окончательно теряет самообладание, вытолкала его из кабинета и заперла дверь на задвижку.
Постояв некоторое время у порога, она развернулась и, прислонившись спиной к двери, медленно осела на пол, после чего взахлёб разрыдалась.
Всё напряжение последнего времени, что копилось внутри, сейчас вырвалось вместе со слезами наружу, и она рыдала, уткнув голову в колени, как не плакала с самого детства. Сейчас она оплакивала и смерть Вальда, которую из-за внутреннего напряжения так и не оплакала когда-то, и свою собственную участь, ставшую столь зависимой от чуждых её сердцу мужчин. Она ощущала себя одинокой, брошенной в этом духовно враждебном и неприятном ей мире, и ей было невообразимо жаль себя. Хотелось всё кругом разрушить, чтобы выплеснуть снедающую изнутри агрессию, и в то же время она чувствовала, что не хочет причинять никому вреда.
Через некоторое время она утомлённая долгими рыданиями, успокоилась и обессилено затихла, а потом, свернулась на полу калачиком и уснула.
Глава 75
Проснулась Миранда от того, что кто-то нежно целовал ей руки.
Открыла глаза. Рядом на полу сидел Ларсен и, прижимая её пальцы к губам, нежно целовал.
– Как ты сюда попал? – удивлённо осведомилась она, понимая, что спиной по-прежнему прижимает дверь и тот не мог её отодвинуть, чтобы пройти.
Ничего не отвечая, Ларсен покачал головой, потом прижал палец к губам, намекая на её приказ молчать.
– Ладно, можешь говорить. Как попал сюда?
– Через дымоход камина спустился, вот даже камзол в золе измазал, – выставив вперёд одно плечо, тут же проговорил он.
– Зачем?
– Вам было очень плохо. Я чувствовал. Боялся, что с собой покончите, вот и полез.
– И как бы ты мне помешать мог, если бы я на такое решилась? Я, мой мальчик, потенциал теперь вновь заимела, так что не по силам теперь тебе мне противостоять.
– Не знаю как, но как-нибудь попытался. Вон даже кот ваш смог вам помочь, передав мне свой потенциал и свою любовь к вам. Чем я хуже?
– Похвальное, конечно, стремление. Только глупое, карабкаться через крышу, лезть в трубу, и всё это ради потенциального «как-нибудь попытаюсь». Ты авантюрист, мой хороший.
– Логика не мой конёк, хозяйка. Я чувствами живу. Я же зверь. Причём призванный вас защищать зверь.
– Кем призванный? Моим котом?
– А хоть бы и им. Хотя думается мне, ему кто-то более могущественный поспособствовал меня вам на службу поставить. Мне иногда кажется, сам Творец вам очень благоволит.
– Он забыл меня, Ларсен, давно забыл и даже душу мою принимать не желает.
