– Что ты натворил, Тино? – пробормотала я срывающимся голосом. – Джемма сейчас расскажет обо мне своим ведьмам, и если вскоре она исчезнет, подозревать будут меня. Они все в курсе, что я обычно избегаю встреч с ведьмами шабаша. Мне придется искать себе новую жертву.
– Вила, – повторил Тино, протягивая ко мне свои лапищи. Только сейчас я поняла, что он в них что-то держал.
Это была вила, лежащая на каком-то покрывале, и ее кожа была белой как простыня. Однако что меня по-настоящему шокировало, так это ее коротко стриженые волосы.
Я мало что знала об этом народе. Вилы – женские духи природы, живут исключительно группами и связаны с водной стихией. Известно, что они – миниатюрные девушки дивной красоты, с прозрачными телами и длинными волосами. Потеря одной-единственной пряди уже означала их немедленную смерть. Но хотя эта вила явно потеряла не одну прядь, ее полупрозрачная грудь все еще двигалась в ровном, правда, замедленном ритме. Она была жива.
– Она практически мертва, – тем не менее сказала я, скрестив руки на груди. Прохладный ветер забрался под мою длинную юбку, заставляя дрожать от холода.
Я опустила руки и потеребила пирсинг в пупке. Защитный кулон, который мне подарила Седа.
– Вила, – он повторил, как заезженная пластинка. Тино редко произносил предложения более чем из двух слов.
– Я знаю, что она вила, – раздраженно ответила я. В голове у меня бушевала буря, которую я спешно пыталась обуздать.
Еще не все кончено. Я могла бы найти новую жертву и завершить ритуал.
– Жить, – буркнул Тино и снова протянул ко мне вилу, не обращая внимания на гневное выражение моего лица.
Я со вздохом подняла глаза к небу и обреченно облизнула губы.
– Где ты ее нашел? – поинтересовалась я, одновременно показав ему на конец улицы позади него. Этим путем мы тоже могли добраться до дома.
– Эспланада, – выговорил он после нескольких неудачных попыток и бережно уложил изящное тело вилы на сгиб руки.
В том, что Тино притаскивает ко мне раненых тварей, не было ничего нового. Однако впервые его забота обратилась на «теневых сущностей». Так называли всех существ, не являвшихся людьми и не носивших в себе ведьминской крови.
На Эспланада-авеню рядом с креольским высшим классом поселились и Черные Шабаши. Они совершали свои ритуалы в огромных домах или черпали энергию на бесчисленных кладбищах. Я решила, что несчастье с этой вилой произошло из-за применения одного из этих видов магии.
Кому-то для ритуала понадобились волосы духа природы – и он взял их, не заботясь о последствиях. Он или она даже не удосужились проверить, умерла ли жертва.
– Ну ладно, я попробую ее оживить, – произнесла я. – Но не могу обещать тебе, что она справится, Тино.
– Оживить, – повторил Тино, и его походка сделалась более пружинистой. Явный признак того, что он снова был в хорошем настроении.
Я покачала головой. Наверняка вила все равно перестанет дышать еще до того, как мы достигнем улицы Дофин, на которой стоял мой дом. Брошенный в сторону Тино взгляд удержал меня от того, чтобы снова высказать свои опасения. У лесного тролля было слишком мягкое сердце.
И это одна из причин, по которой я до сих пор оставалась жива.
Чудовище встретилось со мной взглядом.
Монстр был нарисован черным углем, и его изображение проявлялось по мере движений моей левой руки. Рисунок был запечатлен на бумаге по памяти. По моему отражению в зеркале…
Я решительно захлопнул скетчбук в кожаном переплете и оглядел спокойное кладбище Лафайет.
Ничего кроме серых надгробий, забытых гробниц и семейных склепов.
Уверенным движением я погасил магическое пламя, которое до этого времени служило мне светильником, чтобы я мог продолжать свою работу мастера.
Наверное, скорее работу монстра, цинично подумал я. Я спрыгнул с надгробия, служившего мне подиумом. Статуя Святой Елены осуждающе посмотрела на меня, но угрызений совести вызвать не смогла. Это уже успел сделать мой собственный эскиз.
Потому что это чудовище… это был я. Навечно заколдованный.
Было время, когда я в таком обличье каждую ночь бродил по Вавилону, нападая на людей, которые на следующий день уже не могли меня узнать. Крики моих жертв преследовали меня до тех пор, пока я не был изгнан и не покинул Вавилон, переселившись в Новый Орлеан.
С тех пор как я осознал, кем являюсь, пути назад не было – я больше не мог снова стать слепым и глухим.
Ты все еще не теряешь надежду, вспомнился мне голос, тихий и мудрый. Сколько лет уже я искал вайзу, заколдовавшую меня и тем самым отнявшую мою жизнь? Сколько недель я потратил на то, чтобы найти кого-то, кто мог бы мне помочь, и при этом не узнать, кто я такой? И откуда я родом.
Вздохнув, я решил покинуть кладбище и выбрал кратчайший путь. Я бы мог еще отправиться в Челюсть Дьявола, чтобы подтвердить некую очень важную информацию. Информацию, которую я наверняка мог бы найти уже несколько лет назад, если бы не был так погружен в жалость к себе.
Брат королевы – и его лучшая подруга отправила его в ссылку, чтобы ей не пришлось его убивать. Какое жалкое зрелище!
