Пак Наюн с самого своего раннего детства понимала, что, будучи младшей наследницей престола - абсолютно бесполезной, когда есть старший брат, способный стать прекрасным Королём, - годна лишь для того, чтобы сыграть однажды свою роль в династическом браке, навязанном родителями во благо всей страны. Но понимать и принимать - вещи абсолютно разные. Особенно когда ближайший Советник её будущего мужа - Ким Тэхён - пугает едва ли не до икоты.
========== Первая встреча ==========
Наюн с интересом смотрела на потрясающие резные узоры, сплошь покрывающие окно: они всегда такие по-особенному разные, по-особенному прекрасные, что — сколько ни пытайся — никогда и ни за что не удастся повторить хоть один из них. И Наюн, привыкшей за столько лет жизни видеть их, это отчего-то совсем не надоедало. Один только взгляд на эту красоту успокаивал, одно только ощущение шероховатости под пальцами, когда она касалась их осторожно, боясь растопить теплом тела, вселял в душу так часто необходимое умиротворение. Девушка жалела иногда, что в груди у неё билось совершенно обычное сердце, не скованное снегом, что по венам струилась горячая кровь, отличная от холодной воды, что душа состояла не из кубиков льда… Ведь в том случае задеть её, обидеть или причинить боль было бы совершенно невозможно.
Наюн подняла руку, обёрнутую в тонкую кожаную перчатку, и медленно освободила её от той, осторожно стягивая ткань с каждого пальца. А потом едва коснулась ладонью узоров на окне, одной лишь мыслью заставляя их меняться, переплетаясь между собой, соединяться в новые, перемежаясь линиями, и вспомнила невольно о том, что услышала несколькими минутами ранее от отца. Она почувствовала, как дёрнулись коротко мышцы на её лице, как нахмурились брови, и как сощурились в неприязни глаза. Ей услышанное не понравилось совсем, потому ладонь и сжалась в кулак будто бы сама собой.
Оконное стекло перед ней в тот же миг разбилось на сотни осколков, что попадали на пол, и холодный ветер опалил своим обжигающим дыханием разгорячённое неприятными думами лицо. Наюн прикрыла глаза, принимая подобную ласку, и выдохнула, из лёгких выпуская почти весь воздух.
— Принцесса… — услышала она позади себя тяжёлых вздох и невольно улыбнулась, дёрнув уголками губ.
Она не могла видеть выражения лица мужчины, что стоял за её спиной, но по одним только интонациям легко догадалась, сколько сейчас сочувствия плещется на дне его глаз, сколько поддержки выражают поджатые в скрытой улыбке губы, сколько наигранного осуждения хранят в себе появившиеся на щеках ямочки. Ким Намджун — один из Советников её отца, полностью переквалифицировавшийся в последние годы в личную няньку — на самом деле был одним из тех немногих, кто относился к ней с большой заботой и трепетом, а ещё делал это с искренностью. Поэтому Наюн вздохнула почти так же тяжело, как он секундами ранее, и, открыв глаза, плавно взмахнула рукой, заставляя осколки мягко оторваться от пола и вернуться в оконную раму, соединяясь между собой липким морозом.
— Искренне не понимаю, о чём он думает, — прошептала девушка, вслушиваясь в ласкающий слух треск льда между осколками стекла, что постепенно становились одним целым. — Гиаронд сотни лет жил особняком ото всех, мы не знаем об их государстве ровным счётом ничего. Нам известна лишь одна только правящая династия, о чём ещё можно говорить? Вот так разбрасываться приглашениями не просто в нашу страну, а в столицу, во дворец, в самое сердце Каталии — сущая безответственность со стороны Короля.
— Вы не правы, Ваше Высочество, — раздалось позади тихо, — и прекрасно осознаёте это сами.
Наюн поджала губы, думая о том, что Намджун знает её слишком хорошо, и закусила изнутри щёку, чувствуя, как в глазах скапливаются глупые слёзы обиды.
— Его Величество думает о безопасности Каталии, как и всегда, — продолжил Намджун, — ровно как и ваш брат. Мы не готовы к войне, а именно её следует ожидать от государства, которое столько лет пряталось за своими высокими стенами, прежде образовавшись за счёт бесчисленных побед и завоеваний своих соседей.
— Каталия и одной четвёртой не составляет от всей территории Гиаронда, — не согласилась Наюн из одного только упрямства. — И хотя теперь у нас общие границы, я не вижу смысла начинать бойню.
— Однако же для нас большой удачей будет заключить с Гиарондом пакт о ненападении и взаимной помощи, — девушка услышала на губах Советника мягкую улыбку и обернулась, стискивая с характерным скрипом в ладони перчатку. — Как торговое государство с большими не истощающимися ресурсами, мы будем для них полезны, равно как и они — для нас.
— Разве что в случае, если они не захотят присвоить эти ресурсы себе, — прошептала Наюн в ответ, нехотя признавая возможность войны. — И почему они решили выйти из тени именно сейчас?!
Советник Ким улыбнулся мягко и тепло, подошёл к ней осторожно — знал, что может разозлить лишь пуще прежнего, а потому слова подбирал с умом, как и всегда.
— Ещё ничего не решено, Ваше Высочество, — его ладонь аккуратно коснулась её плеча, а потом слегка его сжало. — Не стоит думать о плохом прежде, чем оно наступило.
Наюн подняла голову и посмотрела внимательно на мужчину, думая, какой же Намджун надёжный и всегда уверенный с этим своим высоким ростом, широкой грудью под привычным мундиром, с уютной теплотой в глазах, сравнимой разве что с горячим чаем из корня морозной мяты, способного согреть даже в Ледяной Пустыне, и страшно пожалела о том, что слишком часто заставляет его волноваться.
