Да именно так.
Я хотел спасти шкуру влюблённого Эмира в родную сестру Шамана, а в тот момент эти двое были такими же лютыми врагами, как сейчас близкими друзьями. Тайлер был тем, кто должен навести мосты между двумя враждующими кланами. Так и получилось — расчёт Эмира был верным.
В довесок ко всему я обрёл ещё одного настоящего друга. А что? Дружбу я умею ценить. Вспомнились последние слова Тайлера, про долг перед семьей, договор отца о помолвке с Наргиз. Да, скорее всего, если бы не Вика, я женился бы на Наргиз. На момент обсуждения возможности породнится семьями, мое сердце было свободно.
Я провел пальцем, едва касаясь светлой, почти прозрачной, кожи на запястье спящей девушки. Теперь же мое сердце и голова полностью заняты этой белокурой красавицей. Все вернулось к тому, с чего началось. С первого взгляда я понял, что она станет моей.
Правда, я готовил ей совсем другую участь. Сейчас погано даже себе в таком признаваться, ведь когда то я спокойно относился к женитьбе на Наргиз, тогда я считал что она неплохой выбор для хранительницы очага. Скромная, достаточно симпатичная чтобы вызвать плотское влечение, пусть она и не особо интересный собеседник, но для брака это и не нужно.
Ещё полгода назад я думал именно так. Вике же я готовил участь любовницы. Да, я был уверен, что стану ее покровителем. Почему-то глядя на фото нежной блондинки, я с уверенностью почти на сто процентов, думал о том, что она обычная корыстная барышня с долларами, отражающимися в зрачках. Поэтому, как только я понял, насколько ошибся по отношению к ней, испытал непричастное доселе смущение и внутренний трепет.
Ведь девушка не только оказалась идеальной внешне, как экзотический цветок, но и доброй, по-настоящему искренней. Теперь мысль о том чтобы сделать ее просто любовницей, вызывала дикий протест.
Я сердцем и разумом понимал, что именно Вика, та самая, кто должна занять место рядом со мной. Как говорится: и в болезни и во здравии.
Хочу видеть, как ее впалый животик начнёт округляться, когда в нем начнёт расти наш ребёнок. Мой и Викин. Хочу называть ее женой. Хочу всегда чувствовать прикосновения ее хрупких ладоней к своей груди. Слышать из ее уст своё имя, произнесенное нежным голоском с русским акцентом.
Вика заворочалась во сне, лёгкий вздох сорвался с ее спелых, как вишни, губ. Хотелось прилечь рядом, обнять ее, но я пересилил желание и нехотя встал. Взгляд задумчиво переместился на дверь. Выйти, как полагается, или же вернуться тем же путём, что и пришёл?!
Криво усмехнулся, думая о том, что рядом с ней веду себя, как романтичный мальчишка. Лучший способ пока все же окно. Завтра с утра надо утрясти все с отцом Наргиз.
Не дело это — зажимать Вику по углам.
Мне не терпится обозначить, что она моя. Что мы вместе. Даже не так. Мне хочется это прокричать так, чтобы услышал весь мир.
Вика
Лениво потянулась, чувствуя истому во всем теле, но тут же резко распахнула глаза. Арман…
О Боже!
От воспоминаний минувшей ночи щеки опалило жаром. Я неловко присела в постели, прижимная покрывало к груди. Как я буду смотреть ему в глаза после всего, что произошло между нами этой ночью?!
А его матери?!
Наргиз… что на меня нашло, всегда считала себя серьёзной, правильно воспитанной девушкой, с чёткими принципами. Но рядом с Арманом все внутренние установки подлетели в тартарары. Словно мумия укуталась в покрывало и засеменила в ванную.
Разглядывая у зеркала небольшие синяки на груди, потеряно провела пальцем по коже… остались следы от щетины Армана.
Внутренне застонав, прикусила губу.
Почему я рядом с ним так слаба?!
У него есть невеста. От этой мысли внутренности словно завязались в морской узел. Как плохо… а вот и расплата за ночные удовольствия. Как я могла поступить так с Наргиз?! Острые стрелы раскаяния вращались со всей силы в развеявшийся от дурмана разум
. Подло… это как если бы Наташка была с Никитой.
Чувствуя дурноту, бросилась в душ, настраивая температурный режим так, чтобы прохладная вода помогла прийти в себя.
Не знаю, сколько времени я провела в душе, но легче мне не стало. Облачившись в белое простое платье, повязала тонкий золотистый поясок на талии. Просто сама невинность. Совесть с новой силой начала вгрызаться в самое сердце.
Если верить словам Армана, что он мне говорил после бешеного взрыва страсти, лёжа на этих скомканных простынях и перебирающего нежно мои пряди волос, то сегодня же он поговорит с Юсуфом.
Нервно сглотнула.
Какой отец спокойно отнесётся к тому, что их дочь отвергли?! Юсуф мне показался спокойным человеком, его черты лица были благородные, а глаза несомненно по доброму всегда были обращены ко мне. Но это не на долго. Уж в чьей реакции я не сомневалась так это Фидан, мать Наргиз будет рвать и метать, не исключено, что опустится и до оскорблений.
