– Ронни, пойми, – Араилис обернулась и посмотрела прямо на меня, а в глазах её будто огонь горел, – Грэй никогда и никого не любил, кроме своей жены. И сейчас он в растерянности. Он ничего не понимает, не знает, как себя вести, чувствует себя предателем по отношению к Лил. И Эдди, начавший называть тебя мамой, ещё больше запутывает ситуацию. Ты… не сердись на Грэя, Ронни. И дай ему время.
Я в задумчивости смотрела на Араилис.
– Зачем ты говоришь мне это, маленькая прорицательница?
Она улыбнулась, но как-то грустно, опустила глаза и прошептала:
– Именно моё предсказание когда-то отняло жизнь Лил. И я… я очень надеюсь, что наступит время, когда я пойму, что отдала Грэю этот долг.
Я хотела сказать: жизнь Лил отняло вовсе не предсказание, а проклятье, но промолчала. Араилис никогда в это не поверит. А убеждать в чём-либо прорицателя – неблагодарное занятие.
Честно говоря, я надеялась, что в школе встречу Элли. Мне хотелось выспросить у неё всё, что она знает о Дэйне, и на этот раз я не собиралась сдаваться и решила не обращать внимания на чужие слова и недомолвки. Но, к моему разочарованию, герцогини в школе не оказалось. Зато оказались Дрейк и Ратташ.
Рат выглядел взволнованным и взъерошенным, и когда я спросила, в чём дело, оказалось, что прислали первую партию книг для библиотеки, и теперь всё это богатство в полном беспорядке наполняло огромное помещение в подвале, где мы планировали сделать зал для тренировки боевых заклинаний. Эллейн поручила Ратташу хотя бы начать разбирать книжные завалы, и поэтому он, схватив стопку бумаги и письменные принадлежности, в ужасе умчался вниз, оставив меня наедине с Дрейком.
И если императорский советник показался мне слишком эмоциональным, то эльф, наоборот, был совершенно спокоен. И мрачен. Сидел на диване, скрестив ноги, и не отрывал от меня тяжёлого взгляда, пока я ходила по комнате и собирала нужные нам для подготовки к ритуалу книги.
– Итак, – я села перед Дрейком в кресло и открыла справочник по древним рунам, – первое, что нам необходимо сделать – это поставить зеркальное заклинание и усилить его вот такой руной. – Я ткнула пальцем в причудливый знак, чертить который училась несколько вечеров подряд. – Причём необходимо правильно замкнуть контур, иначе дальнейшие действия будут бесполезны, они растворятся в окружающем пространстве.
– Скажи… – Дрейк вдруг наклонился вперёд и накрыл мою руку своей, отчего я слегка вздрогнула и попыталась отодвинуться, но куда там! Проще было взлететь. – Почему ты настолько не любопытна?
– Ты чего? – зашипела я. – Совсем?! Пусти!
– Просто ответь на вопрос! – рявкнул эльф.
– Да с какой стати?! Мы тут с тобой должны обсуждать подготовку к ритуалу, а не дурацкие вопросы! Пусти уже! Дрейк!
Но, вместо того чтобы отпустить мою ладонь, эльф только сильнее дёрнул её, из-за чего мне пришлось наклониться к столу, да и сам он согнулся так, что прошептал практически мне прямо в губы:
– Дура!
– Ты…
Я размахнулась свободной рукой посильнее, но эльф перехватил и её, сжал…
– Больной! – Я всё ещё пыталась освободиться. Дрейк усмехнулся и тихо сказал:
– О да. Я больной. А ты дура, Ронни. Ты не видишь, что происходит? А если видишь, почему не задаёшь вопросов?! Ни единого! Проглатываешь, будто так и надо! Да тебя обмануть – проще простого, потому что ты ничего вокруг не замечаешь!
– Да тебе-то что?! Что ты лезешь… Какая тебе разница?!
– Мне?!
Я задохнулась, когда Дрейк резко дёрнул меня вверх, поставил на ноги, а когда я начала заваливаться на стол, удержал и, обхватив ладонями моё лицо, горячо зашептал:
– Никогда не встречал такой наивной идиотки. Такой чистой, доброй, милой идиотки. Идиотки, которая умудряется идти по жизни по пояс в чужой грязи, но тем не менее не пачкаться.
Он усмехнулся и зашептал горячее:
– Оглядись по сторонам. Вспомни все странности и недомолвки. И научись наконец не принимать всё на веру! Задавай вопросы и требуй ответы на них. Ты имеешь на это право!
Почему-то после того, как Дрейк закончил свой странный монолог, отпустил моё лицо и отошёл на шаг в сторону, я будто сдулась – обида куда-то исчезла, словно и не было её. Впрочем, теперь я хорошо понимала разницу между тем, что мне говорили оборотни в Арронтаре, и тем, что сказал сейчас Дрейк.
Они хотели ранить, причинить боль. Эльф же… Не хотел, чтобы мне причиняли боль другие.
– Что с тобой? – тихо сказала я, растирая ноющие ладони. – Раньше ты готов был убить меня сам. А теперь вот беспокоишься. Что с тобой, Дрейк?
Он улыбнулся. И как-то очень хорошо, совсем не мрачно, без злости и ненависти.
– Я просто ошибался.
– И когда ты это понял?
– Почти сразу. Просто не хотел признавать. – Эльф фыркнул и посмотрел вниз, на стол, где лежала книга по древним рунам. – Вернёмся к подготовке к ритуалу?
Эх, треснуть бы его по голове чем-нибудь тяжёлым…
– Ладно. Слушай дальше. Только не перебивай. Итак…
