Мясо рыбы оказалось нежным, белым и очень сочным, чешуя отставала вместе с глиной, кости Лил ловко выудила из всех четырех рыбин, разломив каждую надвое. Кости она сказала собрать в одну кучу, с ее слов я поняла, что здесь водятся какие-то розовые звери с вытянутыми, как у зайцев, ушами, но острыми зубами. То ли урунки, то ли огрунки, я не запомнила, потому что плохо слушала. Живут они на деревьях и на крупную дичь вроде нас не нападают, наоборот, окружают заботой, признавая превосходство. Они отгоняют вредителей и предупреждают об опасности в виде крупных хищников и того же одиночного пиренейца, которому может взбрести в голову сдуру забрести сюда. Так вот, эти зверьки, по словам Лил, не прочь полакомиться костями и объедками с нашего стола.
Стоило сумеркам окончательно захватить власть над дневным светом, как над нами закружили мотыльки со светлячками, а вода в озере заискрилась.
Я, предупрежденная Виллой, что поспать мне придется не скоро, с помощью Лил сварила кофе в походном котелке и с наслаждением выпила две чашки. Остальные от кофе отказались, заварили себе ароматный чай из дикорастущей мяты с огромными, как у лопуха, листьями, а вот остатками леденцов закусили с удовольствием.
– Когда мне идти к этому Велесу? – тихо спросила я Виллу.
– В полночь, – ответила она.
– Расскажи о нем, – попросила я. – А то вдруг я увижу его и не узнаю. Мимо пройду.
Лил засмеялась, Фосса хмыкнула, а Вилла уверенно сказала:
– Велеса – узнаешь. И мимо не пройдешь, даю гарантию.
– Да на кого или что он похож-то?
– Велес – один из самых древних богов, издревле чтимый свободным народом, – сказала Вилла почти нараспев. – Бог удачи и путешественников, если копнуть глубже – бог движения, изменения мира. На разных наречиях Заповедных земель его имя звучит как Господин Дорог или Водчий Всех Путей.
– Бог? Как бог? – воскликнула я, пугая стайку мотыльков с заостренными голубыми крыльями.
Вилла пожала плечами, не понимая моего недоумения. Затем наклонила голову.
– Ты хочешь сказать, что он бог и что я скоро его увижу? – решила нужным уточнить я.
– Нет, – проговорила Вилла, поджимая губы. – Я не хочу этого сказать. Я это уже сказала.
– То есть ваши боги – живые?!
– А какими им быть?
Я потерла переносицу.
– Ну, наши… наш… наша Богиня – она скорее понятие абстрактное, ее описания нет ни в одной из церковных книг. Считается, что она сотворила мир в родах и милостиво правит им, награждая праведников и наказуя грешников.
Вилла с Фоссой поморщились, а Лил пробормотала:
– Что за муть?
– Как можно верить в то, чего не видишь? – спросила Фосса.
– Ну, – протянула я, почему-то считая нужным отстоять в принципе далекую мне церковную доктрину, – думаю, не все из вас видели этого Велеса и остальных ваших богов.
– Но те, кто видел, могут рассказать, – возразила Фосса. – Сама говоришь, что описания вашей богини нигде нет, значит, ее точно никто не видел.
– Зато жизнеописания святых праведниц есть, – обиделась я. – Всех двенадцати. С такими подробностями, что вам и не снилось!
Вилла положила Фоссе ладонь на колено и сказала, обращаясь ко мне:
– Мы чтим многих богов, живых богов, Эя, но именно Велес – наш покровитель. Кто еще может быть покровителем свободного народа, как не бог-оборотень, хозяин магии и сокровенного, властитель перекрестков, бог Нави? Главное его деяние – то, что он привел сотворенный Родом и Сварогом мир в движение. Благодаря мощи Велеса день когда-то сменила ночь, за холодной, безжизненной зимой пришли на землю весна, лето и осень. Велес подарил нам выдох и вдох, печали и радость.
Магия Велеса – не однообразное повторение одного и того же, а сами основы жизни, движущая сила, приводящая в движение все на свете. И хоть оно выглядит циклично, ничто не повторяется дважды – ни река, ни воздух, ни вкус, ни чувство.
Благодаря величию Велеса, народы Макоши-земли научились преодолевать трудности и ценить счастье.
Вилла замолчала, на губах ее застыла легкая, почти невесомая улыбка.
– Я заслушалась твоим рассказом, – призналась я. – Никогда бы не подумала, что рассказы о божестве могут быть так интересны, – в последний момент я искусно заменила слово «близки». – Значит, я встречусь с Велесом, но в каком облике он появится, если он, как ты говоришь, бог-оборотень?
– Он появится в том облике, какой посчитает нужным явить именно тебе. Поэтому нас не позовет… Какое-то время. Потом мы придем за тобой.
– Велес расскажет тебе о пророчестве, – начала было говорить Лил, но Вилла сердито шикнула на нее, и та замолчала.
– О каком пророчестве? – спросила я.
– Мы не можем тебе рассказать, – ответила Вилла, сверкнув красными огоньками глаз на вмиг притихшую Лил. – Только он может.
Какое-то время мы сидели молча, я обдумывала рассказанное Виллой, остальные думали о чем-то своем.
Когда диск луны посеребрил половину неба, Вилла принюхалась к ночному воздуху и торжественно прошептала:
– Пора.
