— В более фундаментальных понятиях. Для нас, магия — путь, искусство или выражение веры. Для духов, магия — жизнь. Они есть её воплощение. Вспомни ау́ри. Весь период своего существования в Мире Духов или здесь, в материальном мире эти крошки будут существовать в одной единственной форме, наделённой единственным смыслом беззаботного облачного сгустка. Духи, даже самые сильные их воплощения будь то аури, единороги и даже великие драконы — все они заложники собственного образа. Надели кутана божественной силой — он так и станется кутаном. Будет и дальше дремать в укромных уголках леса. Разве что станет куда большей проблемой для неосторожного охотника. Что же до нас, представителей смертных рас, будь то эльфы, люди, гномы, орки и даже ангелы — мы рождаемся, живём, ищем своё место и предназначение. Мы меняемся на протяжении всей нашей жизни и вольны сами избирать свою судьбу. В этом и есть ключевая разница, дитя.
— Тихо! — послышался приглушённый рык, что прервал философские рассуждения мага и его ученицы.
Пару часов назад путники двинулись по следу оленьего семейства в надежде раздобыть сочный кусок мяса к часу очередного привала. Пища требовалась волку, ныне лишившемуся возможности для длительной охоты и его вожаку, что с трудом справлялся с сосущим чувством голода при помощи мучных лепёшек. С огромным энтузиазмом они двинулись вслед за добычей. Однако, в процессе преследования путники несколько отклонились от маршрута и нашли следы, принадлежавшие отнюдь не копытам оленя…
Земли Империи, простиравшиеся от северных гор Гримхейма до границ южных пустынь, стали домом огромного многообразия видов. От экзотических василисков и стрекозмеев на юге, до величественных единорогов близ границ эльфийских земель. Сотни процветающих экосистем, частью которых нередко становились и гости из Мира Духов. Каждая подобная система имела свои негласные правила и законы, а так же пищевые пирамиды, вершину в которых занимали воистину грозные существа.
Следы подобного создания и обнаружили путники — следы огромных кошачьих лап.
Конечно, едва ли тра’вага пугала даже встреча с чёрным драконом, однако Крог понимал риски. Даже обычная дворовая шавка наполнялась смелостью и агрессией, находясь на собственной территории, где каждый уголок, каждая канава представляла собой потенциальное укрытие для засады. Что уж говорить об охотничьей территории некого огромного хищника — прирождённого убийцы.
Все понимали, что схватка в лесу, особенно в условиях грядущих сумерек грозит серьёзной опасностью, как знали и то, что тварь имеет агрессивный нрав, о чём говорили многочисленные следы её присутствия. Путники не хотели вступать в конфликт, но кем бы ни был хозяин этих мест, он находился неподалёку и Кус уже нашёл его след.
Однако, как это порой случается, следопыт сам стал жертвой…
Громкий раскатистый рык сменился визгом и глухим шлепком о землю. Не теряя ни мгновения, Крог метнулся к источнику шума.
Кус поднимался с земли, лёжа на склоне пологого оврага. Нечто настигло его на вершине и сбросило в низину. Учитывая размеры Ку’сиба, это нечто было весьма и весьма крупным. В два прыжка орк преодолел склон, параллельно анализируя обстановку:
«Рычал кот. Тигр не успеет уйти. Почему Кус не заметил? Слышал хруст веток. Деревья! Воздух!»
— Мантикора! — взревел орк и рванул за обидчиком, след которого обнаружил благодаря очередному хрусту ветвей.
Прихрамывая и рыча, Кус двинулся за вожаком, следом — Лиара и Шеймус. Девушка неслась подобно ветру, ловко преодолевая препятствия на своём пути. Что же до Шеймуса — старик лишь пытался не отставать, но с каждым шагом всё острее ощущал тяжесть прожитых лет.
Преследование не затянулось. Мантикора атаковала внезапно, спикировав на голову Крога. Реакция не подвела. Не пытаясь справиться с инерцией, орк перекатился вперёд, уходя от бешеной атаки серпообразных когтей. Мантикора провалилась по ходу движения, недовольно раскачивая массивный скорпионий хвост. Львиные глаза сверкнули в тени дерева.
«Здоровая!» — нахмурился Крог, встретив разъярённый взгляд.
Будто в ответ на мысль орка злобный шипящий рык разнёсся по окрестностям.
Около пяти футов в холке, мантикора несколько превосходила размерами Ку’сиба даже без учёта крыльев и хвоста, являясь, пожалуй, самым крупным представителем своего рода, когда-либо виданных тра’вага. Длинная чёрная грива с торчащими из-под неё ороговевшими отростками — некое подобие короны украшало чело сего дикого монарха. Клыки длинной в палец взрослого человека, широкие перепончатые крылья, способные поднять массивное тело в воздух и острое длинное жало, что без труда пробивало брешь даже в тяжёлом латном доспехе — арсенал, дарованный мантикоре природой, воистину внушал трепет.
Похоже, что в момент первого нападения Кус всё же заметил затаившуюся над головой громадину. Лишь по этой причине волку удалось подготовиться и избежать серьёзных травм.
