Некоторые лица, расспрошенные мной о вас, до сих пор под впечатлением от этой истории. Образовалось даже нечто вроде круга небезразличных. Долгое время они пытались узнать хоть что-то о вашем тайном обществе… Так вот. Общество принимает в свои ряды мистиков, философов и магов, а вот моральные качества кандидатов не всегда играют какую-то роль. Повсюду можно найти ваши символы: гирьки, ступки, склянки, но чаще всего – сердце на тарирных весах, иллюстрацию к поверью, что душу умершего на пороге загробного мира судят именно таким образом.
К сожалению, чтобы выведать больше, необходимо добыть свежие пароли – разоблачения, которыми пользовались мои знакомые, уже устарели. Но все это напомнило мне хитрый фокус с вазой и пуговицей. Я должен был сразу понять, что вы – человек незаурядный. Таким, как вы, вполне под силу заставить пуговицу расцвести. Уверен, вы знаете массу способов поразить воображение таких, как я.
15 октябряС последней записи произошло многое. Поначалу мне казалось, что все эти события очень значимы, что я вот-вот дойду до чего-то действительно важного и тогда распишу все, что узнал. Но собранные мной кусочки мозаики так ни во что и не сложились. Боюсь, мне придется признать, что они – просто фрагменты случайно разбитых вещей и вовсе не должны складываться.
Я надеялся почувствовать в Яне Яна, как только увижу его. Узнать благодаря силе крови или интуиции… Приметить какую-нибудь его привычку или особенность, знакомую фигуру речи. Но если это и работает, то среди найденных фамильяров моего сына нет. Никто из них меня не узнал тоже. Ян мог потерять память или сам потеряться совсем в другом месте. Значит, возможно, все мои усилия были напрасны. С чего я вообще решил, что обо всем догадался верно? Может, лежит сейчас его сердце в вашем кармане, г-н Сорокин… Или давно проглочено.
Как бы то ни было, я сделал все возможное. Именно сейчас я чувствую, что зашел в тупик, из которого нет выхода.
Я должен признать свое поражение. Я дважды предал тебя, сынок. И даже для дневника я выбрал не того адресата.
Прости меня».
Рина бережно закрыла Сокровенник и еще долго думала о хозяине «Криптолавки» господине Витольде. И о своем новом доме, который, как она теперь знала, был одним из двадцати трех домов под подозрением.
<p>Глава седьмая</p><p><strong>Ловушка</strong></p>Кислый запах сырой древесины перетекал из комнаты в комнату. Это Рина с тряпкой обходила пыльные места – вовсю кипела уборка. Мама решила использовать заточение дочери на полную катушку.
Сначала Рина протащила по всей квартире старый стул. Возле каждого шкафа и у полочек она устанавливала несчастный предмет мебели и взбиралась наверх. Всякий раз стул жалобно скрипел, но не ломался, а вот в последний подход почему-то просел – сиденье еще держалось, но использовать стул по назначению стало опасно. Рина постаралась спрятать его подальше.
