— Я надеялся, что ты никогда не пробудишься, - вздыхает Лестер и, не морщась, выпивает остатки горького пойла прямо из бутылки. Промокает губы тыльной стороной ладони, разглядывая меня исподлобья. - Мне стоило больших усилий уговорить эрд’Кемарри взять тебя на воспитание. Твой отец был упрямым ослом, но у него был долг перед короной и значительные финансовые трудности, так что ему пришлось согласиться.
— Большой долг? - спрашиваю просто ради интереса, и не могу сдержать смех, когда Лестер называет довольно скромную сумму. - Готова поспорить, на полученные деньги он купил парочку породистых гончих. Только этот сомнительный факт биографии все равно не делает меня ходячим бочонком с порохом, верно?
Он снова неодобрительно хмурится.
— Мы забыли свои корни, - чуть погодя вздыхает Лестер, почему-то разглядывая свои перепачканные невесть чем ладони. - Наша кровь стала редкой, тела размякли и мы стали лишь бледными тенями наших предков.
— Это уже правда или просто старческая ностальгия?
— Клянусь, если бы ты не была так важна - я бы уже отрезал тебе язык, - сокрушается он.
— Именно поэтому я буду использовать свою избранность на всю катушку. Не то, чтобы я против экскурса в историю, но я боюсь недожить до финала лекции.
И словно в подтверждение моих слов, нас снова знатно встряхивает.
— Вы - наследие Взошедших. - Он снова вздыхает, и уже даже как будто не обращает внимания на то, что земля под нашими ногами угрожающе быстро покрывается трещинами. - По капле божественной крови, которая питает остатки таума, наполнится разрушительной силой, разрушит все живое и на пепелище возродит новую жизнь. Кажется, короче уже некуда.
Глава двадцать шестая
Мне нужна пара минут, чтобы по кривому выражению лица Лестера понять, что он точно не преувеличивает. Я бы хотела сказать, что он просто пытается меня запутать и пустить по ложному следу, но когда под твоими ногами в буквальном смысле разверзается земля - вряд ли есть время придумывать «страшилки».
Поэтому, увернувшись от раскола под пятками, перепрыгнув на тот островок земли, который кажется более устойчивым и надежным, изо всех сил и от всей души громко ругаюсь. Ректор морщится, но в отличие от меня, не пытается сдвинуться с места, как будто знает, что все обойдется. И действительно - спустя несколько уже довольно вялых толчков, все успокаивается, и о случившемся напоминают только разветвления разломов в полу. Но я все равно пошире расставляю ноги, изображая готовящегося балансировать канатоходца.
— И где ты только таких словечек нахваталась, - сплевывает Лестер.
— Там же, где и ты, - взглядом указываю на темное пятнышко в пыли, оставленное выражением «его брезгливости к моим манерам». - Не то, чтобы я не доверяла тебе, но ты уверен, что сказал правду?
— Думаешь, сейчас подходящее время для шуток?
— Ну… - подкатываю глаза, изображая задумчивость, - хочу быть уверена, что потом ты не назовешь это «необходимым преувеличением».
— Необходимым кому? - Он с тоской смотрит на перевернутую бутыль вина, остатки которого тонким ручейком капают со стола.
— Откуда мне знать. Но ведь все это время вы за каким-то лихом скрывали ото всех такой маленький факт, что по земле Шида ходят отпрыски Взошедших, которые однажды решат к плешивым демонам разрушить весь мир.
Рестор устало вздыхает и медлит с ответом.
А я продолжаю убеждать себя в том, что все сказанное им - просто ерунда, высосанная из какой-то старой книги, написанной свихнувшимся кровопийцей сразу после того, как его одолела Жажда. Не то, чтобы в минуту опасности мою голову покинул мой вездесущих здравый смысл, но поймите меня правильно - не каждый день узнаешь, что всю свою жизнь превозмогал и противостоял тем, кто умнее, красивее и лучше, чтобы в конечном итоге всех их стереть в порошок. Хотя ладно, свои слова насчет «умных» забираю назад - действительно умным во всей моей «борьбе» оказался только проклятый Ард.
— Йоэль, не все решения, которые нам приходится принимать - правильные и рациональные.
— Как, например, зная все, позволить Ниберу заклеймить меня, а потом обуть в каменные сапоги и позволять всем вокруг плевать мне в спину. Не очень это похоже на рациональное использование смертельного оружия.
— Я не обязан отчитываться перед тобой за все свои решения - правильные и неправильные.
