— Вот, значит, как появилась Ледяная Королева… — задумчиво произнес Марш.
— Потом… я выдумала себе… погибшую любовь. Это мне очень помогло, — продолжала Кэт. — Я отменная лгунья.
— Ты сделала то, что должна была сделать, — мягко прервал ее Марш. — Я даже не могу представить себе, сколько силы понадобилось тебе, чтобы выжить и более того — добиться успеха.
— Марш, а ты уверен… уверен ли ты, что, взглянув на меня однажды, не увидишь во мне Лиззи Джонс?
— Лиззи Джонс я вижу перед собой сейчас и восхищаюсь ею больше, чем кем бы то ни было в жизни.
Маршу очень хотелось, чтобы Каталина ему поверила.
Кэт замолчала. Она обдумывала и взвешивала его слова, как привыкла обдумывать и взвешивать все на свете.
Марш надеялся, что когда-нибудь она перестанет это делать.
— Но… есть… еще кое-что, — печально сказала женщина. Он ждал.
— Однажды у меня должен был родиться ребенок. По указанию матери меня усыпили, а когда я очнулась, его уже во мне не было. Долгое время я хворала и больше уже не могла забеременеть. Я думаю, что у меня никогда не будет детей.
По тому, как горько она это произнесла, Марш понял, что она очень хотела оставить ребенка. И он возненавидел то безликое и бездушное существо, которое называлось ее матерью.
Марш сжал руку Каталины. Сколько силы в этой женщине! Вся она переполнена любовью. Теперь он понимал, почему Каталина с таким сочувствием отнеслась к Молли. Как только женщина позволила своей любви выплеснуться наружу, та хлынула потоком, и сейчас ее любовь походила на критическую массу воды, перекрытой плотиной. Марш почувствовал прилив нежности к Кэт и подумал, не подойдет ли сравнение с водой и к его состоянию?
— Дорогая, — тихо сказал он, — я думаю, ты могла бы заботиться об очень многих людях. Вспомни, о чем тебе рассказывали Девро, — он помедлил и добавил:
— И обо мне тоже вспомни.
Прижавшись к Кантону, Кэт сжала в руках его руки. Он знал, что сказал все правильно. Он баюкал ее в своих объятиях, голова возлюбленной легла ему на грудь. Сердце его билось любовью к Каталине. Нежностью и глубокой, искренней гордостью за женщину, которая никогда не сдается, которая противостоит житейским неурядицам, способным сломить любого силача.
Марш поднял глаза к небу. На темный небосвод вкатывался бледный лик луны. Вокруг нее образовалось дрожащее сияние, и ночное светило казалось не плотным, а трепещуще-многослойным, живым, вздыхающим. Всего несколько звезд блестели в вышине, и Маршу захотелось собрать и подарить возлюбленной пригоршню звезд.
Кантон разлил по бокалам остатки шампанского. Каталина отпила немного из его бокала, и он слизнул шипучие капельки прямо с ее губ. Они соединились в глубоком поцелуе родных, любящих людей и долго сидели, тесно прижавшись друг к другу.
Пока не услышали шорох рессор подъезжающего экипажа.
Т. Дж. Симмонс просматривал на почте газеты. Он проторчал здесь все утро и собирался уходить. Уже третью неделю он читает эти паршивые газетенки. Он выбирает те, которые печатаются в других городах, стараясь хоть что-нибудь узнать о Марше Кантоне. Но, похоже, наемник затерялся как иголка в стоге сена.
Счастье слегка улыбнулось Т. Дж. Симмонсу в Военном департаменте, где ему удалось разыскать послужной список полковника Марша Т.Кантона, который сражался под началом генерала Мосби на стороне Конфедерации. У офицера, к которому поступил запрос Симмонса, был личный интерес к генералу Мосби и его подчиненным. Он с удовольствием пересказал и прокомментировал все подвиги Кантона. Симмонс не знал, достоверны ли сведения, полученные от офицера, но то, что они будут любопытны читателям, это уж точно.
Еще пара газет, и он отправится обедать. Обед предстоит легкий — за последнее время Симмонс сильно поиздержался. Услуги почты были дороги, как и услуги почтового чиновника, который за взятку позволял ему прочитывать все газеты.
Последняя из пачки, отобранной на сегодня, пришла из Сан-Франциско. Он отложил ее, даже не раскрывая. Невидящим взглядом Т. Д. Симмонс скользнул по первой странице — он чуть было не упустил золотую рыбку.
Владелец салуна в Сан-Франциско застрелил взломщика.
Симмонс не бросил статью только потому, что его интересовало все, имеющее отношение к криминалу и насилию. Но по мере чтения он все больше и больше воспламенялся.
Тэйлор Кантон, владелец салуна «Славная дыра», выстрелом из винтовки убил человека, угрожавшего владелице соседнего салуна «Серебряная леди». Это его второе убийство за месяц. Происшествие случилось прошлой ночью в комнате, занимаемой хозяйкой салуна Каталиной Хилльярд. Как и месяц назад, смерть наступила в результате прямого попадания в сердце.
Четыре недели назад мистер Кантон предотвратил похищение девушки, работавшей в салуне, и убил человека, замешанного в преступлении.
