Н и к и т а. Из-за этого мы должны жить лучше? Чище? Строже? (Бросает на стол портфель Николаса.) Или еще как? Ты сегодня все уши нам прожужжал, загадочный, как капитан Немо.
Н и к о л а с. Мне стыдно за тебя.
Н и к и т а. Я уже ничего не понимаю. Моя жена изменила с лучшим другом. Он предлагает убить его. Моя благоверная дает мне по физиономии. И в конце концов другу становится за меня же стыдно. Я ничего не понимаю. Объясните кто-нибудь!!!
Н и к о л а с (растерянно). Я понимаю тебя. Жена все-таки…
Н и к и т а (кричит). Какая жена? При чем тут жена? Если она тебе нужна, я тебе ее дарю. Бери ее на счастье. Только уезжайте отсюда. С глаз моих долой. Дарю! Награждаю!
Пауза.
Н и к о л а с (встает). Ты понимаешь, что ты сказал? Катя, он действительно разрешил нам? Уехать?..
К а т я (в оцепенении). Да.
Н и к о л а с. Значит… все?
К а т я (как мертвая). Все.
Н и к о л а с. Я… не верю…
К а т я (не сразу). Ты привыкнешь ко мне.
Н и к о л а с (шепотом). Наконец-то… (Опустил голову.)
К а т я (подошла, положила ему руку на плечо). Завтра же начнем оформляться.
Н и к и т а (сел, тихо). Кому другая жизнь… Кому берег дальний.
Г р а ч (понял больше всех). Никто никуда не уедет.
Все оглянулись на него.
Хватит. Кончились игры в гениев. Действительно, пришло время платить долги. (Идет к рулону фотобумаги.)
Никита с ужасом смотрит на него, не в силах решиться остановить Грача.
З а н а в е с
<p><strong>ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ</strong></p>Прошло больше трех месяцев.
Та же квартира Николаса. Если можно сказать про помещение, что оно растерянно, — это именно тот случай. Что-то уже уложено в большие раскрытые чемоданы, и от этого на стенах видны выцветшие квадраты. Стопки бумаг, связанные шпагатом. Самоуверенно повешенный портрет Кати. Можно жить, и можно уезжать.
В а р в а р а А р х и п о в н а бродит по комнате. Берет то одну, то другую вещь. Что-то кладет в чемодан. Через некоторое время вынимает и снова стоит посреди комнаты в нерешительности.
Н и к о л а с (выйдя из лоджии, долго смотрит на мать, которая не замечает его). Мама…
В а р в а р а А р х и п о в н а. Ой… ты испугал меня.
Николас обнимает, целует ее.
(Опережая его.) Нет.
Н и к о л а с (терпеливо, в сотый раз). Но ведь Софочка умерла?
В а р в а р а А р х и п о в н а (покорно). Умерла.
Н и к о л а с. Ты сделала все, что в человеческих силах?
В а р в а р а А р х и п о в н а. Будет еще сороковой день.
Н и к о л а с (теряя терпение). Мы отметим его в Испании.
В а р в а р а А р х и п о в н а. Вот вы там устроитесь, жизнь наладится. Я, может, и приеду посмотреть.
Николас остановился около телефона… Поднял трубку, послушал. Положил на место.
Н и к о л а с. Не звонят.
Варвара Архиповна не отвечает.
Да, приходится возвращаться… несолоно хлебавши… Смешно!
Варвара Архиповна молчит.
(Задумчиво.) В шесть сорок самолет… Улетим мы с женой… А жизнь здесь покатится дальше. Своим чередом. Без нас.
В а р в а р а А р х и п о в н а. Но ведь Грач умолял тебя остаться.
Н и к о л а с. Слишком много я ставил на эту работу. Целую жизнь на одну карту. (Пытается улыбнуться.) Но хоть жену выиграл.
В а р в а р а А р х и п о в н а (не сразу). А как ты там будешь жить?
Н и к о л а с. Предлагали место в муниципальном отделе. Городское обслуживание… Тоже проблемы очистки…
В а р в а р а А р х и п о в н а. Это что?.. Городская канализация, что ли?
Н и к о л а с (смущенно). Неплохая зарплата. И коэффициент…
В а р в а р а А р х и п о в н а (вскрикнула). Какой коэффициент! С твоей гордостью!.. С твоими-то планами!
Н и к о л а с. Только ты не говори никому. Там… как-нибудь…
В а р в а р а А р х и п о в н а (в растерянности). А здесь… ты совсем не можешь?
Н и к о л а с. С кем? Что?
В а р в а р а А р х и п о в н а. А Грач? Ты же видишь, как он бьется за твою работу. И в коллегии, в Комитете по науке. А сегодня в академию обсуждение вынес…
