— Ну и цвета у вас, — пробормотал Хмур. — Недурно смотритесь зимним днем. Самый плохой стрелок не промахнется. Кстати, о стрелках: плакали наши луки. Наверное, одежды эти не греют?
— Да, я совсем замерзла, — сказала Джил,
Несколько минут назад, на кухне, Джил думала, что самое трудное — выбраться из замка. Теперь она поняла, что опасности только начинаются.
— Спокойно, спокойно, — проговорил Хмур. — Не оглядывайтесь, не спешите. Притворяйтесь, что мы на прогулке, тогда никто ничего не заподозрит. Как только поймут, что мы сбежали — дело плохо.
Разрушенный город был дальше, чем надеялась Джил. Вдруг послышался какой-то шум. Юстэс и Хмур замерли, Джил спросила:
— Что это?
— Охотничий рог, — прошептал Юстэс.
— Не бегите! — сказал Хмур. — Ждите моего знака. Джил не удержалась и обернулась. В полумиле от них, ближе к замку, возвращалась охотничья кавалькада. Вдруг загрохотали великаньи голоса, раздался лай и крики.
— Нас увидели. Бежим, — приказал Хмур.
Джил подхватила юбки — ах, как трудно в них бежать! — и припустила изо всех сил. Опасность надвигалась. Звуки горна становились все громче, король кричал:
— За ними, в погоню! А то у нас не будет пирога с человечиной!
Джил быстро отстала, она путалась в платье, скользила на шатких камнях, задыхалась, волосы забивались в рот. Собаки лаяли все ближе. Надо было бежать вверх в гору по скалистому склону, к нижней ступени гигантской лестницы. Она представить себе не могла, что они будут делать, когда доберутся до нее. Квакль бежал впереди. Добежав до нижней ступени, он остановился, огляделся и юркнул в какое-то отверстие. Быстро мелькнули и исчезли длинные паучьи ноги. Юстэс помедлил и тоже исчез за ним. Джил, едва дыша и пошатываясь, достигла дыры минутой позже. Это была просто щель между камнями шириной фута в три и в фут высотой. Пришлось лечь лицом вниз и проползти туда на животе как можно быстрее. Джил казалось, что в ее каблук вот-вот вцепятся собачьи зубы.
— Быстрее, быстрее. Камней! Завалим вход, — послышался из темноты голос Хмура.
Внутри была тьма кромешная, и только через отверстие, откуда они вползли, шел тусклый свет. Мелькали руки Юстэса и лягушачьи лапы квакля — они забивали проход камнями. Тут и Джил стала ощупью искать большие камни и передавать дальше. Когда собаки подоспели, щель была заделана. Теперь, конечно, внизу стало совсем темно.
— Быстрее вперед, — прозвучал голос Хмура.
— Давайте возьмемся за руки, — сказала Джил.
— Что ж, это можно, — сказал Юстэс, но они не сразу нашли друг друга в темноте.
Собаки громко сопели и принюхивались по другую сторону каменной преграды.
— Попробуем встать в полный рост, — предложил Юстэс. Это удалось, и, шаря ногами, натыкаясь на камни, они начали продвигаться в темноту. Джил шла последней, и очень жалела, что она не в середине. Вдруг Хмур оказался у скалистой стены. Они свернули немного вправо. Дальше было очень много поворотов. Джил перестала понимать, куда они идут, и уже не знала, где же был вход в пещеру.
— Еще вопрос, — звучал впереди голос Хмура, — не лучше ли вернуться назад (если это
Дальше все шло очень быстро. Раздался крик, послышался свистящий звук, и Джил обнаружила, что она скользит все быстрее и быстрее по склону из мелких камешков. Даже если бы удалось встать, что толку? Ноги все равно скользили по щебню. Но Джил не стояла, она ехала лежа. И чем дальше они съезжали, тем больше камней и земли вовлекалось в поток, так что и камешки и они сами катились все быстрее. По крикам и брани своих друзей Джил поняла, что многочисленные камни, сыпавшиеся из-под нее, попадали в них. Она неслась с дикой скоростью, не сомневаясь, что на дне разобьется.
Однако она не разбилась. Ушибы болели, по лицу текла кровь, вокруг нее и даже над ней возвышались кучи земли и гальки, так что ей было не выбраться. Тьма стала такой плотной, что открывай глаза, закрывай — ничего не менялось. Звуков тоже не было. Так настал самый страшный миг в ее жизни. Она подумала, что она одна, что остальных уже нет, и тут услыхала, что рядом кто-то шевелится. Через миг-другой все трое дрожащими голосами сообщали друг другу, что кости у них, кажется, целы.
— Нам отсюда не выбраться, — сказал голос Юстэса.
— А вы заметили, как здесь тепло? — сказал голос Хмура. — Это значит, мы глубоко внизу. Пожалуй, не меньше мили. — Чуть позже он добавил: — Кремень и огниво потерялись.
Снова никто не ответил. Потом Джил сказала:
— Пить хочется…
Никто не говорил, что делать дальше, ибо делать было нечего. В тот момент они даже не боялись, так они все трое измучились.
Нескоро, очень нескоро прозвучал очень странный голос. Они сразу поняли, что он принадлежит не тому, кого они надеялись услышать, — не Аслану. Это был глухой, мрачный, я бы даже сказал — черный голос. Он произнес:
— Что вы здесь делаете, жители Наземья?
— Кто там? — закричали путешественники.
