Гот отдыхал, ел, снова отдыхал. Около полуночи он решил, что дольше ждать нельзя. Нужно попробовать, сможет ли он лететь. Рыча от боли, Гот расправил крылья, напряг израненные мускулы и взлетел. Он то падал, то снова поднимался, пока наконец не смог взмыть вверх.
Он вернется домой. Он будет молиться Зотцу. Он снова станет сильным. И однажды он вернется в эти северные пустыни и отомстит Шейду и всей его колонии. И да поможет ему Зотц.
Река стремительно неслась, кипела и бурлила, перепрыгивая через валуны.
Шейд и Марина следовали вдоль нее уже около часа. Шейд надеялся, что рано или поздно он поймет, как найти Гибернакулум. Наступили сумерки. Вдалеке слышался низкий гул, напомнивший Шейду шум океанских волн. Громче и громче, вода бежала все быстрее, пока… Внезапно река кончилась.
Шейд задохнулся от удивления, увидев, что вода падала вертикальной стеной, обрушиваясь вниз на сотни футов, чтобы разбиться о берег озера. Он не верил своим глазам.
— Водопад, — сказала Марина. — Однажды я видела. Что будем делать?
И тут Шейд все понял. Это была последняя мамина метка: широкий поток воды, зажатый между скалистыми берегами, летящие вверх брызги, низкий и ревущий гул.
— Мы добрались! — закричал он в восторге. — Это он!
— Он?
— Гибернакулум.
— Где?
— Давай за мной!
Шейд начал медленно и осторожно опускаться вдоль водопада.
— Ты в своем уме, Шейд?
— Полетели!
Марина неохотно последовала за ним.
Капельки воды уже попадали Шейду на крылья. Он подлетел совсем близко и увидел, что водопад вовсе не был сплошной стеной. Вода падала по-разному — тонким слоем здесь, небольшими водоворотами там, легкими, почти невидимыми струйками, плотными потоками.
— Шейд? Что ты делаешь?
И тут он обнаружил то, что искал. Как дупло в Древесном Приюте: маленькая круглая дырочка в завесе воды. Шейд на всякий случай проверил ее локатором.
— Делай, как я! — крикнул он Марине.
Он прижал крылья к телу и рванулся в отверстие. Он знал, что увидит по другую сторону водяной стены.
Шейд очутился в обширной пещере. Сотни сереброкрылов кружились в воздухе, еще сотни висели на стенах и гигантских сталактитах, свисающих с потолка.
Колония стала вдвое больше, увеличившись за счет самцов, которые присоединились к самкам в Каменной Крепости. Шейд чувствовал тепло, исходящее от тел множества летучих мышей.
— Эй! — крикнул он ликующе. — Привет!
Он летел рядом с Мариной, оглядывая это скопище летучих мышей, стараясь найти мать, Фриду, хоть кого-нибудь знакомого. Незнакомые мыши смотрели на него с удивлением. Вокруг звучали вопросы: откуда вы? вы летели днем? вы с ума сошли! наверное, это детеныш, который отбился во время бури? не может быть!
— Да, да! — закричал Шейд. — Это я! Шейд! Я нашел вас!
— Шейд? — послышался сквозь шум мамин голос. — Шейд!
Его сердце подпрыгнуло, когда он нашел ее локатором.
— Пойдем, — позвал он Марину. — Пойдем к моей маме.
Он полетел к Ариэли. Они кружились друг вокруг друга в изумлении и ликовании, пока наконец не опустились на каменный уступ. Шейд уткнулся носом в ее теплую ароматную шерсть. Она обняла его крыльями.
— Мы думали, ты погиб!
— Нет, — счастливо ответил он. — Я жив. Мама, это Марина. Я встретил ее во время бури. Без нее я бы наверняка погиб.
Марина села немного поодаль и явно чувствовала себя неловко. Ариэль протянула к ней крыло.
— Иди поближе, — сказала она нежно. — Спасибо. — Она благодарно потерла златокрыла носом.
— Ну, мы сделали это вместе, — смущенно пробормотала Марина. — Помогая друг другу.
Ариэль, качая головой, повернулась к Шейду:
— Расскажи мне, как… — Она умолкла, увидев проколы на его крыльях. — Ты ранен?
— Ничего страшного, правда.
— И ты тоже, — сказала Ариэль, разглядывая окровавленное предплечье Марины. — Нужно позаботиться…
— Сейчас это неважно, — нетерпеливо перебил ее Шейд. Его буквально распирало от желания выложить главное: — Мама, отец жив!
Прищурившись, она посмотрела на него недоверчиво:
— Но… откуда ты знаешь?
— Нам сказал Зефир. Ну, ты знаешь, мышь-альбинос. Сторож Шпиля в городе. Он умеет видеть прошлое и будущее и… — Шейд глубоко вздохнул, стараясь справиться с волнением.
— Начни с самого начала. — Это была Фрида, которая тем временем опустилась рядом с ними.— С возвращением, Шейд.
— Я сумел долететь сам! — радостно выпалил он.
— Я вижу, — старая летучая мышь ласково улыбнулась, и вокруг ее глаз собрались морщинки. Она вытянула крыло и погладила Шейда по голове. — И я уверена, тебе есть что поведать нам.
Шейду было очень трудно рассказывать все по порядку. Он старался сдерживаться и не забегать вперед, ему хотелось ничего не упустить. Раны Шейда и Марины были смазаны унимающим боль ягодным соком. И теперь они рассказывали вместе, перебивая друг друга, добавляя детали, которые упустил другой.
Вся колония завороженно слушала. Даже когда наступили сумерки и пора было вылетать на охоту, готовясь к большой спячке, сереброкрылы предпочли остаться и слушать рассказ молодого героя и его подруги.
