Я крепко прижалась к Лео, когда он заканчивал, а затем обняла его, чтобы дать понять, что он может оставаться так, сколько захочет — но, конечно, он быстро отодвинулся, чтобы снять чехольчик. Сделав это, он откинулся на подушку, словно в изнеможении.
— Спасибо, Эми, спасибо, — пробормотал он.
— А теперь давай приласкаемся? — прошептала я в ответ.
— Пожалуйста, — мы обнялись, но тут проснулась Роза. Сначала это был тихий крик, спрашивающий: «Где вы?», но постепенно это «где вы?» становилось все более недоуменным и настойчивым, и Лео, зная, что я всегда откликаюсь на ее зов, разжал объятия.
— Она тоже хочет приласкаться. Пойду, принесу ее. Я вернулась с Розой и положила ее между нами. Было странным лежать так и сознавать, что Лео зачал ее.
— Я такой тяжелый, — сказал он, чуть спустя, — и никогда не спал с детьми в постели. Боюсь, что засну и раздавлю ее...
— Тогда я лягу на спину и обниму ее, как обычно, а ты обнимешь нас обеих, — так мы и сделали.
Проснувшись ночью, я не могла поднять голову — голова Лео лежала на моих волосах. Когда он понял, в чем дело, то освободил мои волосы.
— Спи, Эми, — но перед тем, как задремать, я почувствовала на щеке его поцелуи, легкие, как крылья бабочки. Понимая, что, стоит мне шевельнуться, он остановится, боясь разбудить меня, я замерла под ласковым прикосновением его тайных поцелуев.
На рассвете я проснулась. Лео проснулся тоже.
— Я лучше уйду, Лео, — вытаскивая из-под него волосы, я увидела, что его глаза полны тревоги, страха перед неизвестностью. Я протянула руку и погладила его щеку, колючую от выросшей за ночь щетины. — Не забудь хорошо позавтракать перед отъездом. Я приведу Флору, и мы поедим все вместе, — и ушла из его спальни.
Мы все собрались за столом в утренней комнате — чуть ли не впервые мы с Лео завтракали вместе. На коленях я держала Розу, ей уже можно было съедать ложку яйца по утрам. Ее отец съел не больше — несмотря на мои уговоры, он выпил только чашку кофе. Его лицо осунулось, этим утром он выглядел на свой возраст.
Лео улыбнулся краешком рта.
— Я все время твержу себе, что предстоящее не хуже первых лет моего обучения в школе, — кажется, эта мысль не слишком утешала его. Я была рада, что его развлекает Флора, восхищенная тем, что ей, позволили есть внизу.
Но позже, в холле, когда Лео сказал ей: «До свидания, Флора», ее губы задрожали, и крупные слезы выступили на глазах. Элен взяла ее за руку, успокаивая, а мистер Тимс объявил:
— Пролетка у дверей, мой лорд.
Мы вышли наружу. Лео потрепал светлые кудряшки Флоры, затем нагнулся к Розе и погладил ее по щеке. Со своей дочери он перевел взгляд на меня.
— До свидания, Эми, — и я поняла, что не могу позволить ему уехать так.
Я обернулась к Элен.
— Элен, возьми Розу, я поеду на станцию. Флора, мама уедет ненадолго, — Лео подал мне руку, и я взобралась в пролетку. Он последовал за мной, за ним — Нелла. В пути Лео сидел, положив руку на ее голову. У распахнутых ворот стояла миссис Витл.
— До свидания, мой лорд, удачи вам.
Пока мы ехали по сельской улице, руки поднимались к шапкам, а колени сгибались в реверансах. «Всего хорошего, мой лорд», «Удачи вам», «Благослови вас Господь». Дети, спешившие в школу, останавливались, как вкопанные, передники касались земли, шапки покидали взъерошенные головы.
Мы свернули на станцию. Мистер Саутар вышел к нам, протягивая руку для рукопожатия:
— До свидания, мой лорд. Желаю вам всего наилучшего, — он проводил нас на платформу и благоразумно удалился, оставив меня вдвоем с Лео.
— Спасибо, что ты поехала сюда со мной, — повернулся ко мне Лео. — И спасибо тебе за последнюю ночь, — я почувствовала, что мои щеки загорелись, а он продолжал: — Я буду признателен, если ты будешь писать мне о детях и о делах имения. Если, конечно, это не обременит тебя.
— Конечно, мне это будет не трудно, но куда мне писать?
— Я напишу о своем местонахождении Селби, а он сообщит тебе.
Мы стояли, не зная, что еще сказать. Я заметила приближающееся облачко серого дыма. Когда поезд прибыл, проводник взял багаж Лео и уложил на полку в купе первого класса, а затем встал у двери, придерживая, ее открытой.
— До свидания, Эми.
— До свидания, Лео.
Лео повернулся и пошел в вагон. Он выглядел таким одиноким, его горб и искривленные плечи очень выделялись сейчас.
Вдруг я побежала за ним.
— Лео! — дежурный ждал, с зеленым флагом в одной руке и свистком в другой, но меня это мало заботило. Я вспомнила — Ватерлоо... солдатом... крылья бабочки. Положив руки на плечи Лео, я сказала: — Ты же не поцеловал меня на прощание.
Его лицо застыло.
— Ты хочешь, чтобы я поцеловал тебя?
— Да, — приподнявшись на цыпочки, я притянула голову Лео к себе. Его лицо приблизилось, я почувствовала, как крылья бабочки гладят мою щеку. Затем он отстранился и вскочил в ожидающий поезд. Проводник захлопнул дверь, раздался пронзительный звук свистка, и поезд медленно тронулся с места. Окно заполнила громоздкая, нескладная фигура Лео, махавшего мне рукой.
Я замахала ему в ответ, и махала до тех пор, пока последний вагон не растаял вдали.