Хозяйка маленькой авиакомпании Франческа Кенси отвергла ухаживания красавца пилота Джареда Саммервилла...Однако теперь она вынуждена просить о помощи именно этого бесстрашного мужчину — ведь компанию захлестнула волна несчастных случаев, и Франческа уверена: неизвестный враг не просто пытается ее разорить, но, и покушается на ее жизнь!Любовь Джареда настолько сильна, что он готов рисковать ради Франчески жизнью.Но — готова ли она ответить на его страсть?..
Неожиданно из динамика раздался голос, удививший Франческу Кенси:
— Я Чарли четыре-пять-шесть, вызываю Гранд-Хейвен.
— Я Гранд-Хейвен. У вас проблемы? Прием.
— Падает давление масла.
— Чарли четыре-пять-шесть, где вы находитесь?
— Я теряю высоту. Я не могу…
Молчание.
— Чарли четыре-пять-шесть, повторяю: укажите, где вы находитесь?
И опять никакого ответа.
— Отец! Где же ты? — вскрикнула Франческа. Снова молчание…
Франческа Кенси взглянула на указатель топлива.
— Черт с ним, — проворчала она и снова перевела глаза на землю. Она не собиралась сдаваться.
Несколько часов назад, когда лучи летнего солнца красили утреннее небо в нежные оттенки оранжевого цвета, она поднялась в воздух на своей «Сессне-310», надеясь обнаружить что-нибудь, чего не заметили спасатели. Может быть, это поможет найти отца.
Она вспомнила о самом счастливом дне своей жизни. О том дне, когда отец предложил ей стать полноправным партнером в авиакомпании «Кенси эйр». То, что полеты могут быть опасными, даже не приходило ей в голову. Казалось, что управлять самолетом не более сложно, чем водить автомобиль. Надо просто научиться летать.
И когда она научилась, она уже не могла представить себе жизнь без полетов, не могла жить привязанной к земле. В воздухе она всегда чувствовала себя счастливой. В то время как сверстницы заполняли свою жизнь мужьями и детьми, она добавляла часы к своему летному стажу. Впрочем, Франческа получила свою долю предложений от мужчин. Но для серьезных взаимоотношений нужно было время. А времени у нее не было. Но Франческа считала, что все в порядке.
Образ жизни, который она и ее отец вели здесь, вблизи берегов озера Мичиган, был ее образом жизни. Только бы удача не изменила ей.
Прислушиваясь к шуму двигателя, Франческа думала о словах отца, сказанных ей перед рейсом.
— Удачи тебе сегодня, Фрэнки. — Он всегда называл ее Фрэнки, кроме тех случаев, когда они вели серьезный разговор. — Я вернусь через пару часов.
— Постарайся, папа. Ты ведь знаешь, что на вечер назначена встреча с бухгалтером.
— Я прекрасно помню, — проворчал он.
Фрэнки поежилась, вспоминая последний разговор с отцом по радио. Уже двое суток Чарли четыре-пять-шесть не выходил на связь. Несмотря на утверждения властей, что делается все возможное, она знала: нужно полагаться только на свои силы.
Взглянув еще раз на указатель топлива, она поняла, что пора возвращаться. Неохотно она развернула самолет в направлении аэропорта Гранд-Хейвен.
Фрэнки нажала кнопку переговоров.
— Диспетчер Гранд-Хейвен, я «Сессна-310», Бегущая Лиса. Нахожусь в двадцати милях к востоку. Прошу разрешить посадку.
— Бегущая Лиса, я Роджер, — раздался голос диспетчера. — Посадку просит другой самолет, у которого серьезные неполадки. Сообщите свои намерения.
Фрэнки поняла, что удача отвернулась от нее сегодня. Она хорошо понимала, что говорил диспетчер. Но топливные баки были почти пусты. Чтобы продержаться в воздухе еще какое-то время, не могло быть и речи.
— Намерена срочно садиться. Топливо на нуле.
— Вас понял.
Франческа пошла на снижение. Сев, она порулила на стоянку. Ее внимание привлек олень, который вышел из сосновой рощи и бежал через дорожку.
— Я, Бегущая Лиса, наблюдаю за оленем.
Фрэнки улыбнулась. Глядя на исчезающий белый хвост оленя, она миновала коричневое кирпичное здание администрации аэропорта. Затем свернула на бетонную дорожку, ведущую к ангарам и главному офису «Кенси эйр».
Кремовая краска на деревянном здании главного офиса немного облезла; крыша протекала, когда шли сильные дожди. Но Фрэнки любила это место, как малые дети любят своего ободранного плюшевого мишку.
Она направила самолет к ярко-синему ангару, ворота которого были открыты настежь. Остановившись, она посмотрела на окна второго этажа главного офиса и увидела фигуры людей. Она ощутила напряжение от ответственности, ответственности перед этими людьми. Их нужно было убедить, что в компании «Кенси эйр» все в порядке. Она постаралась расправить плечи и выбралась из кабины, когда один из сотрудников подошел к самолету.
— Привет, Фрэнки. Ты, наверное, вылетела очень рано. Когда я пришел сюда часов в семь, твоего самолета уже не было, — сказал он, подкладывая колодки под колеса.
— Да, я поднялась в воздух вместе с птицами, — ответила Фрэнки.
Зайдя в свой офис, она опустилась в кресло отца, стараясь успокоиться. Страх и усталость одолевали ее. Фрэнки не позволяла себе думать о самом страшном. Отец не мог уйти, не мог погибнуть.
Положив ноги на стол, она откинулась на спинку кресла. Старое кресло заскрипело, как скрипело все эти годы, когда отец погружался в него всем своим весом. Закрыв глаза, она вдыхала запахи деревянного стола, старых кожаных кресел и острый запах горючего от отцовского комбинезона, висевшего на двери. Знакомые запахи нарисовали перед ее мысленным взором фигуру отца, отдыхавшего в кресле — ноги на столе, руки закинуты за голову.
— Папа, где же ты? — Боль пронзила сердце. Казалось, что ее засасывает какая-то страшная трясина.
