Социальное положение? Определенно, быть женой человека, как выяснилось, далеко не бедного, героя войны, значительно лучше, чем никому не нужной сиротой. Дает определенную защиту. Не абсолютную, конечно. Однако и это лучше, чем ничего. Только в таком признаться ему? Прозвучит ведь слишком... красиво.
О детях и речи не шло. Декрет в самом начале карьеры, не ставит на ней крест, но существенно ее тормозит. И Дана не знала ни одну восемнадцатилетнюю балерину, которая мечтала бы в срочном порядке обзавестись ребенком.
-- Я просто хочу быть рядом с тобой, -- начала девушка, внезапно осознавая, что говорит искренне. - Видеть тебя каждый день. Прикасаться. Я тебя люблю. Сильно-сильно. Веришь?
Майор медленно кивнул и склонил голову на бок, как бы предлагая девушке продолжать.
-- И, если нам нужно пожениться, чтобы быть вместе, я согласна сделать это хоть сейчас. Не нужно никаких церемоний, цветов и прочих излишеств. И кольцо я бы хотела оставить это.
-- Оно же слишком простое для обручального. И, прости, неприлично дешевое.
-- Мое! - Диана набычилась.
-- Так никто и не собирается у тебя его отбирать. Просто купим что-нибудь более подходящее. Тебе с ним всю жизнь ходить придется. Менять обручальное кольцо считается дурным тоном.
-- Ты обещал мне дать то, что я пожелаю. Так, вот, я хочу свое кольцо! Его, в конце концов, мне носить придется, а не тебе.
-- Хорошо, -- майор словно бы признавая свое поражение, поднял руки. - Если для тебя это важно, оставляй. - А что хочешь тогда в качестве свадебного подарка?
-- Это обязательно? В смысле, давай обойдемся без подарков? Да и не нужно мне ничего. К драгоценностям я равнодушна, так же, как к дорогим игрушкам, вроде машин и голо-очков.
-- Обязательно. И это не обсуждается.
-- Ладно. Подари мне дом. У меня никогда не было места, которое можно было бы назвать домом. Мы ведь все равно будем где-то жить?
-- Конечно.
-- Ты хочешь квартиру в центре или особняк на окраине города?
-- Не знаю. На твой выбор. Но что-нибудь скромное.
-- Наверное, лучше небольшой дом. Я постараюсь найти с балетным залом или помещением, которое можно будет в балетный зал переоборудовать.
-- Было бы здорово.
-- Договорились. Я сегодня же отдам указания своему юристу, чтобы он подготовил все необходимые бумаги и собрал информацию о подходящих домах, выставленных на продажу. Мы рассмотрим варианты и выберем лучший. Возможно даже после твоей выписки сразу въедем туда.
-- Да.
-- Ну, вот и договорились. А ты правда, сможешь побыть немного одна? Я должен хотя бы ненадолго вернуться в Артен.
Девушка фыркнула.
ГЛАВА 13
День пролетел быстро. Майор Аверин не успел сделать и половины из того, что полагал необходимым. Какой там отдых? У него едва хватило времени заскочить в свою квартиру при академии, чтобы принять душ и переодеться. А обед ему и вовсе пришлось пропустить.
Разговор с полковником об отставке прошел на удивление легко. Дорга словно бы ожидал этого. Спокойно подписал рапорт, но попросил уйти в отпуск с последующим увольнением, а пока о своем решении особо не распространяться.
Вероятнее всего начальник академии перестраховывался. Но ему на хотелось еще больше выбивать почву из-под ног у находящихся в шоке первокурсников. Им и так сейчас не легко. Исчез формальный лидер вместе с тремя неформальными. Скоропалительно уволившийся куратор вряд ли добавит им спокойствия и уверенности.
Разговор с самими ребятами прошел нейтрально. Не хорошо, не плохо. Никак, можно сказать. Он просто констатировал факты. Их однокурсники, ставшие жертвами теракта, живы, хоть и не совсем здоровы. Сам Аверин по семейным обстоятельствам вынужден взять отпуск. Временно исполняющим обязанности куратора назначен Майкл Кейн. Скольник и Бурэ отчислены за кражу комм-линка Польского и использование его в противоправных целях.
Далее следовали переговоры с поверенными о свадьбе, покупке дома, состоянии мальчишки из Миссии Милосердия. И кипы документов, которые ему необходимо было прочитать, а потом подписать.
Так что к Диане он смог вернуться только в шесть вечера и застал в палате довольно странную картину. Стас с полковником пили кофе, стоя у окна. А у постели его невесты на пластиковых стульях сидели Каролина Дрейк, какая-то белокурая девица лет двадцати на вид и его собственная мать.
-- Но, милая, -- почти умоляла Сильвия. - Все очень серьезно. Важна каждая мелочь, не говоря уже о таком. Даже если сейчас кажется, что это не так, потом ты будешь сожалеть.
-- Потом? Ну и ладно. Должна же я буду хоть о чем-то пожалеть спустя время? - Дана фыркнула. - О своем выборе я сокрушаться не буду.
-- Но платье...
-- Да пропади оно пропадом! Я не хочу его выбирать! Я, вообще, не хочу никакой церемонии! Неужели нельзя обойтись без этого?
