Запрети, подави чьи-то мысли, и они начнут отдаваться все громче, стучать все сильнее, пытаясь вырываться наружу, из порождения воображения станут реальностью. Если Давид уже фантазирует, как он переспал бы с Алисой, — так ли это опасно? Зачем давать ему ломать над этим голову? Почему бы не сказать: «Слушайте, отправляйтесь вдвоем домой, увидимся завтра»?
В теории это могло бы сработать. Фэй считала, что в последние два года многое узнала про чувства и секс, — она не стала бы ревновать. Переспать — это всего лишь переспать. Но, едва подумав об этом, она почувствовала, что ей хотелось бы принять активное участие.
Внезапно в голове, как молния, сверкнуло озарение: она тоже хочет Алису. Не как партнершу, не на всю жизнь, но ради сиюминутного удовольствия. Она хотела воспользоваться Алисой, ее телом, ее душой. Проникнуться ее красотой. Потому что Алиса привлекательна, потому что она почти богиня.
Неприступная. Недостижимая.
Фэй покосилась на Алису. Перевела взгляд на Давида.
Крепче сжала его руку.
Почувствовала, как эта мысль все глубже проникает в тело. Щекочет. Нарастает, как волна.
— Вам не кажется, что тут слишком шумно? — спросила она. — Может, поедем к нам домой?
Дрова в камине пылали оранжевым и красным, в отблесках огня танцующие фигуры Алисы и Фэй отбрасывали дрожащие тени на белых стенах. Дверь на террасу стояла нараспашку, и мелодия «Танцующая королева» группы «АББА» пробивалась наружу и сливалась со светлой летней ночью. Они то закидывали руки к потолку, то подносили к губам воображаемые микрофоны и подпевали припев.
Давид сидел в кресле — он уже расстегнул пару пуговиц на воротнике рубашки и потягивал виски. Глаза его слегка затуманились от выпивки, на губах играла улыбка. Фэй любила его улыбку, возбуждалась от нее.
— Иди, потанцуй с нами! — крикнула Фэй и помахала ему.
Она ощутила свою власть, когда он поднялся и двинулся к ним. Он согласен на их условия, его и Алисы. Они пригласили его, а не наоборот. Они задают тон и ритм. Они ведут в танце.
В тот же миг Фэй поняла, что никогда не видела, как Давид танцует, но он легко расслабился, сделал пару танцевальных шагов в сторону и присоединился к ним.
— Так я не напивался со школьного выпускного, — сказал он.
— И я тоже. И не танцевала столько, — откликнулась Алиса.
От этого сочетания танца и алкоголя внутри у Фэй снялось напряжение, отступила тревога, преследовавшая ее в последнее время. Все самое главное — здесь и сейчас, в этой комнате. Два человека, много значащие для нее, светлый летний вечер в Стокгольме…
Остальное может подождать. Весь мир может подождать.
«Танцующая королева» стихла, ей на смену пришла песня «Фейерверк» дуэта «ФёрстЭйдКит»[36].
Откинувшись назад, они вытянули вперед руки и стали подпевать.
Светлые волосы Алисы разметались по плечам, ее тело двигалось ритмично и чувственно, без лишнего кокетства, хотя она наверняка понимала, как хороша. В следующую секунду Фэй притянула ее к себе и поцеловала.
Губы у нее были мягкие и влажные, на языке таился вкус алкоголя и мяты. Они прижались друг к другу, и когда Алиса ухватила губами нижнюю губу Фэй, по всему телу словно прошел электрический разряд.
Фэй обернулась. Давид вернулся в кресло и наблюдал за ними как завороженный, не говоря ни слова. Через свое платье Фэй чувствовала набухшие соски Алисы. Они обнимали друг друга, игриво поглядывая на Давида.
Фэй поняла, что Алиса в игре. Что-то в их поцелуях так стремительно перешло от игры в истинный голод, что все стало предельно ясно.
Они с Алисой приблизились к Давиду и остановились прямо перед ним. Фэй встала позади нее, осторожно потянула бретельки платья вниз по плечам. Платье элегантно сползло с Алисы и легло у ее ног небольшой кучкой — теперь она стояла голая между Фэй и Давидом. Тот смотрел, открыв рот, но не шевелился, сидел неподвижно, прижав к бедру бокал с виски и не сводя глаз с Алисы.
— Нравится она тебе? — спросила Фэй, лаская соски Алисы.
Та застонала и откинула голову назад, положив ее на плечо Фэй. Руки Фэй медленно скользнули ниже, между ног Алисы. Нащупав самое влажное место, она стала ласкать ее так, как любила ласкать сама себя.
— Нравится она тебе? — снова спросила она.
Алиса тяжело дышала. Под пальцами Фэй стало еще более влажно.
Давид медленно кивнул. Расстегнул брюки и вынул свой вставший член, водя по нему правой рукой вверх-вниз. Фэй продолжала ласкать подругу.
Алиса сделала шаг к Давиду. Села на него верхом. Стала тереться о его бедра в такт музыке. Убрала его руки от члена. Принялась тереться об него, не вводя его в себя. Фэй обогнула кресло и расстегнула на Давиде рубашку. Стала водить руками вокруг его сосков, то и дело нежно пощипывая их. Потом стала ласкать соски Алисы. Наклонилась вперед через Давида, и их с Алисой губы соединились, языки встретились, пока Алиса продолжала двигаться вверх-вниз и тереться о член Давида.
Давид сидел как парализованный — он был полностью в их власти.
— Прикоснись к ней, — прошептала Фэй, взяла его руку и положила ее на грудь Алисы.
